Не пара

Тебе же не хочется, чтобы они друг другу косметический ремонт физиономий устроили? А это неизбежно произойдет, когда они встретятся.

— Нет, конечно! — испугалась Ася. — Вадим хороший, мне жалко его обижать, но поощрять и обнадеживать я его не буду… А Влад… если он… я не стану отказываться, если он меня куда-нибудь позовет. Одну или с Катей, не важно.

— Ну и, слава богу! — перекрестилась мать. — Обошлось.

— Что — обошлось? — насторожилась Анастасия. — Я чего-то не знаю?

— Обошлось — что ты приняла решение, наконец, — отмахнулась мать. — Я переживала, что начнешь привечать второго, и тут такая Санта-Барбара начнется, что хоть опять беги.

— Нет, мама, ты меня не так воспитала, чтобы я мужикам головы морочила. Устала, сил нет, и в голове прямо калейдоскоп крутится от впечатлений.

— Ну, иди, ложись, отдыхай. Завтра рабочий день.

***С утра настроение испортили, потом негатива добавилось в отцовском офисе, и ко второй половине дня Влад был достаточно взвинченным.

Ну, и что ему надеть? Смокинг? Уместно, но слишком торжественно, он ведь идет без спутницы… Остановился на темно-синем костюме.

Во «Дворец на Яузе» он приехал заранее, вошел внутрь и принялся прогуливаться по фойе, зорко следя за входом.

Публика прибывала быстро, наблюдать становилось сложнее, но зато и ему теперь легче остаться незаметным. Влад ловил на себе заинтересованные взгляды и внутренне морщился — отстаньте, не мельтешите, не до вас!

Ася появилась минут за тридцать до начала спектакля, в компании высокого, крепкого, но не грузного мужчины. Влад жадно разглядывал соперника: красив? Пожалуй, да. Явно не беден и, проклятье, глаз от его Аси не отводит!"

"Ася была настолько ослепительна, что Влад задохнулся и еле сдержал порыв подойти, сгрести в охапку и унести подальше от чужих взглядов. Как тогда говорил Земов: забрать себе, от всех спрятать, беречь, любить, весь мир бросить к ногам. Да, именно это он и хочет сделать.

Места у Аси и ее коллеги (калеки, если свои грабли при себе держать не будет!) оказались в партере и прекрасно просматривались с бельэтажа.

И да, он, как пацан возле дырки в женскую раздевалку, весь спектакль смотрел именно в партер, а не на сцену.

Потенциальный калека, видимо, чувствовал, что нарываться не стоит, и вел себя прилично: за локоток придерживал и наклонялся близко, но вольностей не допускал.

На сцене что-то шло, страдали, радовались, умнели, творили глупости, зал вздыхал и аплодировал, а Влад всем существом не мог оторваться от третьего ряда партера.

В антракте к Владу подкатили две девицы, вцепились, защебетали: вы один, и мы одни, давайте скучать вместе! — еле отвязался.