Не отпускаю

Поэтому я заказываю билеты на завтрашний утренний рейс до большого города, а там час на автобусе и мы будем дома. Протягиваю девушке свой паспорт и документы на сына и пью кофе в ожидании, когда девушка оформит билеты. Думаю о том, что сейчас надо будет забрать Кирилла и подготовиться к поездке. Настолько ухожу в свои мысли, что не замечаю, как ко мне подходит Вадим. Прихожу в себя только когда он хватает меня за руку и тянет за собой.

— Девушка, а билеты! — кричит нам вслед кассирша.

— Нам не нужны билеты! — Отвечает ей Вадим, утаскивая меня из торгового центра. А я не сопротивляюсь, иду покорно за ним, поскольку не могу устраивать скандал прилюдно. Но как только мы садимся в машину, и Вадим захлопывает дверь, я разворачиваюсь к нему. Он заводит двигатель, отъезжает на стоянку небольшого сквера, глушит двигатель и разворачивается ко мне. Все слова и возмущения куда-то пропадают, поскольку он смотрит на меня все тем же лживым влюбленным взглядом, касаясь своими темными глазами каждого кусочка моего тела. Замираю, закрываю глаза и мысленно молю его придумать для меня такие оправдания, в которые я безоговорочно поверю, и все встанет на свои места. Мы когда-то должны поговорить спокойно. И наверно надо сделать это прямо сейчас.

— Полина, посмотри на меня, — так спокойно, понижая голос просит он. А я мотаю головой, потому что не хочу смотреть в его лживые глаза и сожалеть.

— Если ты хотел что-то мне сказать, говори, — облокачиваюсь на спинку сиденья, и отворачиваю голову к окну, смотря на красивый ярко-желтый осенний сквер. Слышу, как Вадик приоткрывает окно машины, какой-то шорох, чирканье и салон заполняет густой табачный дым. Он ведь бросил курить еще когда узнал, что я беременна. Вот так просто в один день выкинул сигареты и все, я ещё тогда поражалась его силе воли.

— Полина, — пауза на его затяжку, — Да, я изменил тебе с…, - он не произносит имя своей любовницы, потому что я его перебиваю.

— Сколько это продолжалось? — спрашиваю я. — И кого ты трахал до нее?

— Разве это имеет значение?

— Имеет! — слишком эмоционально произношу я, сжимая кулаки, комкая свое пальто, пытаясь быть спокойной, но где-то глубоко внутри я плачу, надрывно оплакивая нашу любовь. — Хотя ты прав, это не имеет значение. Ты все равно не скажешь правду. А даже если скажешь, я не поверю. Просто ответь, зачем? Почему? Зачем ты предал НАС? И были ли мы вообще…, глотаю слова вместе с комом в горле. Хочется вновь кинуться на него с кулаками и бить со всей силы, чтобы хоть немного избавиться от боли, которую он мне причинил.

— Полина, мы есть. И будем всегда. Просто это сложно объяснить.

— Ну уж попытайся, — язвительного прошу я, горько усмехаясь.

— Ты моя женщина, моя жена. Моя солнечная нежная девочка, которую я люблю. А она просто шлюха.