Не отпускаю

Я себя на его место ставлю и никак не могу понять. Если бы я изменила, даже в мыслях подумала, что хочу другого мужика, то это уже не любовь.

— Ну, ты не сравнивай. У мужиков совсем другие понятия о любви.

— Ты только что мне сказала, что убьешь Гену.

— Это да, — хмыкает Ритка.

— Я тоже хочу убить. Воткнуть ему нож в грудь и медленно прокручивать, чтобы он испытал ту же боль, которую я ощущаю сейчас. Или самой с моста сброситься, чтобы больше не мучиться. Но у нас сын. И мне придется как-то жить дальше ради Кирюши. Я и сейчас люблю Вадима. Безумно! Только к моей любви примешались дикая ненависть и отвращение. Кажется, что он испачкал меня и нашу любовь, хотя сейчас я вообще не уверена, что он когда-либо меня любил. Может ему просто удобно было жить со мной. Наверное, я гожусь только на роль матери и домохозяйки. А на роль любовницы не подхожу…, - выговариваюсь Рите, а самой плакать хочется, моя утренняя пустота начинает наполняться горечью, отчаяньем и ненавистью. Я бы и рада расплакаться и выплеснуть всю боль наружу. Только вот не могу. Нет слез и все. Глаза жжет, а плакать не могу. Рита подсаживается ко мне ближе, гладит по спине, что-то хочет сказать и смотрит на меня с жалостью.

— Не надо, Рита. Все нормально будет. Переживу.

— Полин, а если… — подруга не успевает договорить, потому что ее телефон взрывается громким звонком, который отдает у меня в голове болью. Подруга берет трубку, даже не посмотрев на дисплей.

— Да, Вадим, — вдруг произносит она, делая недовольное лицо. Мотаю головой, чтобы она не говорила, что я рядом, но подруга поступает по — своему. — Да, Вадим, Полина у нас. Да, я передам, — резко отвечает она и скидывает звонок.

— Рита! Зачем ты вообще с ним разговаривала? — возмущенно произношу я.

— Полина, он дома с Кириллом и ищет тебя.

— Как дома? Как с Кириллом? Я же сама должна была его забрать. Боже, там же у меня полный хаос, который Кириллу видеть нельзя, — соскакиваю с места и бегу в прихожую. — Рит, я надену твои кроссовки? — спрашиваю я, понимая, что вчера пришла сюда босиком.

— Да, конечно и куртку тоже. Там дождь, и ты болеешь. Поль, только не руби с горяча, — каким-то молящим голосом просит она. А я никак не пойму, чего она от меня хочет. Но мне некогда все это обсуждать, я киваю и спешно ухожу домой. Прохожу в свой двор, смотрю на машину Вадима, припаркованную возле дома, на обугленные останки моего вчерашнего безумия, посреди сада. Медленно подхожу к дому, прохожу внутрь и уже с порога чувствую присутствие Вадима, свежий аромат океана, который я всегда вдыхала и пьянела от его запаха. Медленно прошла на кухню на голос моего сына, который что-то рассказывал о собаке свекрови, и замерла на пороге. Вадим пьет кофе и как всегда ворует у сына творог, который тот ест. И вот тут из меня хлынули слезы.