Не отпускаю

— Так в чем дело?! — громко спрашиваю я, вырывая у нее из рук верх платья, оголяя ее небольшую грудь с розовыми сосочками, которые уже возбужденно торчат, но Полина продолжает сопротивляться словно девственница, прикрывая их рукой.

— Не знаю, — как-то отчаянно отвечает она.

— Расслабься, солнышко, выкинь весь бред из своей головы, — тянусь к ее губам, которые она нервно кусает, понимая, что вот-вот сдастся в мой плен. Обхватываю ее подбородок и впиваюсь в губы, начиная покусывать их сам, лаская укусы языком.

— Вадим, — задыхаясь, произносит мне в губы, пытаясь оттолкнуть. — Нам нужно поговорить.

— Тихо, все разговоры потом, — хватаю ее за запястья, поднимаю ее руки наверх, прижимая их к холодному стеклу. Просовываю язык ей в рот, сплетая наши языки, не позволяя больше разговаривать, целую жадно, чувствуя, как моя девочка окончательно сдается, не выдерживая моего натиска. Вот так-то лучше. Моя жена вновь становится податливой, на все готовой рядом со мной девочкой, какой я и хочу ее видеть. Она откидывает голову, ударяясь об стекло, когда я перехожу на ее шею, долго лаская языком, немного всасывая кожу, зная, что это ее слабое место. Зарываюсь в ее шелковые волосы, вновь впиваясь в розовые губки, накрываю ее ногу, веду выше, задирая ее платье, перехожу на внутреннюю сторону бедра, и зло рычу ей в губы, когда понимаю, что она в чертовых колготках. Дергаю капрон, вонзая в него пальцы, разрывая его между ног. Еще один рывок, ее всхлип мне в губы, и я открываю себе доступ к тонкой полоске трусиков. Другой рукой обхватываю ее грудь, сжимаю, щипаю за соски, немного оттягивая их, вожу по ним ладонями, ощущая, как они становятся тверже от моих ласк. Моя девочка дрожит, и непроизвольно сжимает ножки от желания, вызывая во мне волны жара, разносящегося по телу. В моей жизни может быть много шлюх, но жену я хочу всегда. Она словно афродизиак для меня. Ее нежное тело, нетронутое ни кем кроме меня, ее ласковые пальчики, которые гладят мою грудь, все это всегда возбуждает. Не грязно и пошло, а правильно, как и должно быть с любимой женщиной. Наклоняюсь, втягиваю ее твердый сосок в рот, слегка покусывая, чувствуя, как Полина пытается стянуть с меня рубашку. Отстраняюсь от нее, снимаю с себя рубашку, отмечая как плывет ее взгляд, и насколько она красива, когда возбуждена. Вновь подхожу к ней, задираю чертово платье, в котором путаюсь, шире раздвигаю ножки, отодвигаю тоненькую полоску трусиков, проникая пальцами в горячие влажные складочки. Полина нежная женщина, она сильнее заводится, теряя себя, когда я долго ее ласкаю, а я люблю смотреть на нее в этот момент, наслаждаясь удовольствием, отраженным на ее лице.