Не отпущу, моя девочка

В рестике Мирон листает детское меню с таким видом, будто всю жизнь проработал ресторанным критиком.

— Я буду пельмени, — выдает с улыбкой.

— Суп сначала.

— Я не хочу суп.

— Мам сказала, есть в обед суп, значит, едим суп.

— Какой красивый мальчик, — улыбается официантка. Смотрит сначала на Мира, потом на меня. — Ваш сын, да?

Киваю.

Девчонка поджимает губы и убирает волосы за уши, продолжая на меня пялиться. В ее голове между нами явно повисла неловкая пауза.

— Мне пельмени, — объявляет Мирон на весь зал, нарушая тишину.

— Нам два бульона и пельмени, — соглашаюсь.

— Хорошо. Пятнадцать минут, и все принесу.

— Фреш яблочный и кофе еще. Сразу принесите.

— Конечно.

— Папа, а тебе завтра тридцать два будет?

— Да.

— Много.

— Нормально.

— А у нас будут гости? А торт? А мне подарок подарят?

— А тебе с какой радости? Это ты мне подарок должен подарить, день рождения же у меня.

— Ну да… У меня только в июле. А до июля еще долго, — невесело вздыхает.

— А что ты на свой день рождения хочешь?

Мирон тут же загорается и начинает перечислять свой список.

— Курицу? — приподнимаю бровь. — Зачем тебе курица?

— Ты что, она же яйца несет! — сообщает деловито, покачивая головой.

— Ну да, только куриц с яйцами нам и не хватает.

Мирон кивает и продолжает болтать. Фоткаю его быстро и отправляю Майе. Ответ приходит почти сразу.

«Скучаю по вам. Очень».

«Аналогично. Как ты? Как дело?»"

"«Все просто отлично. Прилечу, все в подробностях расскажу. Не зря слетала. Теперь точно выиграем».

«Супер. Поздравляю».

«Рано, но спасибо. Люблю. Миру привет».

«Люблю».

— Пап, а тетя Оля тоже приедет завтра?

Подвисаю.

Еще год назад мы все думали, что Оля пошла на поправку. Были просто невероятные проблески в памяти. Она узнала меня, маму, отца. Все готовились, что она теперь точно сможет вернуться к жизни, мать даже забрала ее домой. Полгода. Всего полгода, а потом Оли не стало. Врачи говорили, что так бывает. Просто перед смертью ей стало лучше на какое-то время…

Моргаю и перевожу взгляд на сына. Мир ковыряет пельмени, не притронувшись к бульону.

— Мирон.

Малой морщит нос и медленно отодвигает от себя тарелку. Вооружается ложкой.

— Нет, тети Оли не будет.

Через час мы садимся в машину. Мирон игнорирует свое кресло и забирается ко мне на колени, обнимая за шею.

— Ну чего ты? Устал? Домой поедем?

— Ага, — зевает. — Пап…

— М?

— Я тебя люблю.

Крепко прижимаю сына к себе.

— И я тебя сынок. Люблю.

Майя

Самолет приземляется в Шереметьево в пять сорок утра. Арс думает, что я прилетаю только в двенадцать, и не просто так. У него сегодня день рождения, и я не хочу, чтобы он меня встречал. Хочу сделать ему приятный утренний сюрприз.

Пока такси пробирается сквозь пробки и заснеженные дороги, я отписываюсь своей клиентке и назначаю встречу на завтра.