Не откажусь, девочка (СИ)

Меня и так вид обнаженного красивого тела не оставил равнодушной, а тут еще такое предложение, на которое я согласно кивнула, потому что во рту пересохло от волнения.

Арсен словно только этого и ждал. Горячие губы накрыли мой рот. Никакого страха или неуверенности не испытывала. Тут же потянулась навстречу, приоткрыла рот, впуская властный требовательный язык, который давно покорил и приучил. Ответила на поцелуй. Закружилась в водовороте сладостных ощущений. Тело покалывало, низ живота приятно тянуло. Я сжала бедра, чтобы немного унять желание.

Горячая ладонь опустилась на мой живот, несколько секунд лежала неподвижно, потом поползла под короткий топ. Если бы Арсен меня не целовал, я бы сосредоточилась на новых ощущениях, но он отвлекал. А мне все внове, все хочется ощутить, осознать. По телу прошла дрожь, когда после уверенного движения рукой моя грудь оказалась в твердом горячем плену.

— Нравится? — хрипло произнес в приоткрытые губы, чуть сильнее сжимая полушарие. Ответом был тихий стон.

Мое тело отзывалось на каждую ласку, даря восхитительные переживания. Шершавая уверенная ладонь не шла ни в какое сравнение с поцелуями, горячим ртом и шаловливым языком. Меня целовали, ласкали, обжигали…

Лицо, мочки ушей… шею. Долго, со знанием дела. Не помню, когда с меня слетел топик. Наверное, в тот момент, когда Арсен глухо зарычал, а потом поцеловал грудь… потом переключился на другую.

Как там было в песне?.. Чем выше любовь, тем ниже поцелуи? Да! Да! Да! Подписываюсь под каждой буквой. Оказывается, и на животе есть точки, которые заслуживают страстного внимания и обжигающих поцелуев. Особенно там, внизу… у кромки пижамных штанов.

— Луна, помнишь, если не нравится, ты меня можешь остановить? 

— Угу, — что-то невразумительное промычала. Сейчас мне не нравилось только то, что он остановился.

— Я сниму? — вопрос проник через расплавленное сознание.

Почувствовала дыхание Арсена на своих ногах… рваное, обжигающее. Ладони шершавые, ласкающие, сжимающие до приятной боли… Губы горячие, нежные, страстные, не оставляющие ни миллиметра на коже, которую бы не исследовали… И язык, заставляющий сходить с ума, выжигающий прошлые страхи и неуверенность, открывающий новые вершины чувственного наслаждения…

 Раньше никто и никогда ко мне так не прикасался. Стыда я не чувствовала, только удовольствие, о котором говорил Арсен…

Тихие стоны перестают быть тихими… Голос срывается…

Под моими руками смятые простыни. Тело словно оголенный нерв. Я балансирую где-то на краю сознания.

— Луна, отпусти себя, — приказывает низкий голос. Ощущаю небольшое давление пальцев внутри… на чувственной точке, и меня куда-то уносит.