Не откажусь, девочка (СИ)

Среди его одежды и оружие нашлось, и запрещенные вещества. Хорошо, что Юрий Петрович вовремя подъехал. Следователи перестали пачкать протоколы. Девушек держат в отделении полиции, идут допросы. Нам с Радой ничего пока неизвестно, но сомнений нет, что полиция докопается до правды.

— Рада, я понимаю, что мне небезопасно выходить из дома, но так хочется проведать Арсена в больнице, — это желание постоянно преследует меня.

— Думаю,  я могла бы тебе помочь…

— Никаких поездок! — громко рявкнул Юрий Петрович, я не ожидала такой реакции, подпрыгнула на месте.

«Кто же так пугает?»

— Что удумала! Проблем у нее мало, решила добавить? Дома сидеть, нос за ворота не высовывать, — скомандовал он грозно. — Михаил, а ты чем думал? — строго спросил он сына, а взгляд перевел на притихшую в сторонке Машу. — Понятно чем. — Ты можешь ехать куда хочешь, — произнес он сыну, — а женщины сидят дома, — поднял вверх указательный палец, словно хотел нам пригрозить. — Пока я не позволю им выезжать.

Мы были уверены, что с охраной нам позволят покинуть пределы особняка, но, видимо, ситуация обострилась настолько, что теперь всем угрожает опасность.

— Мне тоже сидеть дома? — удивилась Маша.

— Сидеть! – строго произнес свекор.  — Я бы и Раду здесь оставил, но Егор вряд ли согласится.

У Миши в глазах бегали смешинки, хотя лицо никаких эмоций не выражало. А он нас предупреждал, что Юрий Петрович не позволит охране выпустить нас за ворота, но устоять перед просьбой жены не смог. Попросил Артура и Сокола подъехать, чтобы проводить, но даже такая охрана не убедила грозного генпрокурора нас отпустить.  И не объяснишь, что очень хочется увидеть Арсена, что сердце от тревоги не на месте.  Увидеть бы, объясниться, взглянуть в глаза. Вдруг там пустота?

— Юрий Петрович, Луна себя во всем винит, — вмешалась Рада. — Ей бы на несколько минут увидеться с Арсеном, убедиться, что с ним все хорош…

— С ним все хорошо! — оборвал он подругу. — Что с ним случится? Здоровый крепкий мужик! Полежит несколько дней, и домой отпустят. Тогда и увидитесь, и наговоритесь. 

— И не спорить. Поговорите по телефону. Видеозвонком умеете пользоваться… — он еще что-то хотел добавить, но тут появились Артем и Ванька. Сын Маши громко произнес:

— Дедушка, ты что кричишь? Соседи сейчас полицию вызовут, подумают, у нас тут скандал, — искренне возмутился ребенок.

Наши лица нужно было видеть. Старались не засмеяться в голос.

— Полицию вызовут… это плохо, — произнес серьезно дедушка.  — Не буду больше шуметь, — пообещал Юрий Петрович, пряча улыбку. — Разойтись, — скомандовал нам. — Миша, идем в кабинет, разговор есть.

Я тут же напряглась. Почувствовала, что это как-то связано с моим делом, в котором теперь замешано много хороших людей.