(Не) отец моего малыша

Неужели сожаление? О содеянном.

Хватит, Большаков. Баба есть баба. Нечего их жалеть.

Все они, курвы недоделанные, одинаковые. Природа их создала для того, чтобы мужики их имели. Кто главный? Мужик, естественно. Кому не нравится – их проблемы. Мне вот тоже не нравится налоги платить. Но что поделать. Приходится молчать. Так и с бабами аналогичная история.

Терпи. Или в следующий раз будь умнее.

Лилия…

***

Конференция закончилась. Мы с отцом улетели в столицу.

Прошла неделя. Две. А я всё никак не мог забыть ту девушку с цветочными именем. Уже правда реже думал. Но всё же думал! Ещё никто и никогда за тридцать один год так настойчиво не трахал мне мозг, своим образом, как эта Лилия, мать её.

Ничто не вечно, так сказать. Забуду. Но позже. Время лечит. И оно должно вылечить мой заражённый мозг. Вирусом. По имени Лилия.

– Вот, сынуль, выбирай, в какой филиал нагрянешь с проверкой? – мысли прервались шлепком папки о деревянную поверхность антикварного стола.

Оставшись наедине в кабинете, вместе с отцом, я принялся выслушивать наставления от бати, касательно управления бизнесом. – Липецк или Омск?

– Бросил мне папки с характеристиками филиалов, на ходу сербая кофе из любимой кружки, инкрустированной бриллиантами.

Странно как-то получилось. Из одной папки, с надписью «Омск», вылетело несколько листков. Сгрёб их руками, чтобы снова туда затолкать, как вдруг, меня передёрнуло. Сильно. Словно током шандарахнуло. От того, что увидел знакомое лицо.

«Лилия Демидова – большими буквами на первой страничке под фотографией, – Лучший работник квартала. Филиал. Город Омск».

– Ну? Определился? – отец промокнул губы салфеткой, поставив чашку на кофейный столик.

– Омск. Туда поеду. – Сипло выдохнул. Не раздумывая. Немигающим, прожорливым взглядом глядя на улыбающуюся мордашку моего, пятьдесят восьмого, по счёту, постельного трофея. И это исходя из официальных данных дневника! Вести я его начал два года назад.

Что я почувствовал в этот напряженный момент?

Как моя шея вспотела, а воротничок рубашки насквозь пропитался влагой.

Стало нечем дышать. Пришлось ослабить грёбанный галстук и сглотнуть слюну, дабы смочить пересохшее горло. Но, хуже всего, напряжение ощущалось в брюках.

Там уже всё горело, зудело, трещало по швам. Лавина воспоминаний засосала в свой бурный водоворот не только мои мысли, но и, казалось бы, моё тело тоже. Из-за дискомфортных, соматических ощущений.

– А я думал, ты Липецк выберешь. – Батя хохотнул.

– Нет. В Омск хочу.

– Говорят, там работают одни лентяи.

– Ну, это ненадолго.

Попрощавшись с отцом, схватив пиджак, выскочил вон из кабинета, устремившись в сторону уборных.

Секретарши на месте не было. Танечку я отправил в магазин за пончиками.

Пришлось самому себя ублажить.