(Не) отец моего малыша

Повторить ошибки. Упасть на те же грабли. Мужчины очень ранимые существа, не смотря на их физическую силу и мощь, запрограммированную природой.

То, что в нём есть человечность – я это поняла тогда, когда он вызвал скорую помощь во время родов. Спас меня. Был со мной практически до самого конца. И когда спас Дениску.

Вскоре, день за днём, моя ненависть, длившаяся долгими и холодными, ОДИНОКИМИ, месяцами начала ослабевать. Кирилл изменился. Или, быть может, просто надел очередную маску? На этот раз обходительного, чересчур заботливого любовника. Нет, он не прекратил задевать меня своими острыми словами, указывая собаке её законное место. Но стал делать это реже. И в основном во время секса. Жалить оскорблениями, говорить гадости во время траха доставляло ему ни с чем не сравнимое удовольствие. Это была не более чем игра в постели – плеваться матами для накала страстей. В остальном… он начал меня удивлять. Большаков обращался со мной так, как будто я была его… любимой девушкой. Дарил подарки, надевал на меня роскошную одежду. Сам! Своими руками, увешанными золотыми перстнями и золотым Ролексом, стоимостью в новую иномарку. И ими же раздевал. Доводил до точки невозврата, против собственной воли. Душа не хотела, а тело вопило. От безумного, невыносимого, сжигающего в прах удовольствия.

Я не хотела принимать эти подарки, но он бы разозлился. А в гневе Кирилл был слишком опасен. Приходилось молча выполнять его прихоти, прикусив язык до боли и привкуса крови, сжимая кулаки. Но я совру, если скажу, что всегда делала это с яростью и ненавистью в сжатых кулаках. О, нет. Мне хотелось хоть немного верить в чудо. Что однажды, когда он узнает меня получше, он опомнится. Он влюбится. Сильно-сильно привяжется. Так, что не сможет дышать без моего присутствия. Так, что я стану для него его чистым кислородом. А я, в свою очередь, смогу ему довериться и раскрыть самую важную тайну, которую с дрожью в нервах несу на себе вот уже несколько месяцев, как огромную тару с ядом.

Мечты. Всего лишь глупые мечты. Маленькой наивной девочки.

Что, со слезами на глазах, со сцепленными в замок руками, стоя на коленях перед алтарём, свято верит, что её самые сокровенные грезы неожиданно превратятся в заветную реальность.

***

Спустя четыре месяца.

Я не пыталась что-то доказать Большакову. Мы практически с ним не общались. Встречались примерно раз в неделю. Иногда даже чаще. На протяжении четырёх месяцев. Сегодня, он пригласил меня в один из самых роскошных отелей столицы. После конференции для успешных предпринимателей, что проходила в этом же месте. Тогда я даже представить себе не могла, что эта встреча станет для нас последней. Последней в нашей жизни. Наверно… А дальше, он просто исчезнет.