Не отдам

Но мать усиленно давила на ее чувство долга, то и дело повторяла: «Жалко, ты почти закончила второй курс. Вот сессию сдашь и можно перевестись на заочное. Если что и в академ. А так зачетная неделя сдана, впереди лишь несколько экзаменов. Сдай их, дочка, ты же умница, отличница!»"

"Но даже не слова матери заставили ее все-таки приехать. Решающую роль сыграло другое — чувство долга перед ребенком. Ради него она должна быть сильной. Получить образование, найти приличную работу, иначе как она сможет его обеспечить?

И Лора приехала, очень удивилась, что на второй пересдаче оказалась одна.

Она жутко нервничала. Чтобы как-то успокоиться, принялась считать взглядом кусочки мела, что лежали на полочке перед доской, висевшей за пустующим стулом преподавателя.

Два маленьких белых кусочка, три побольше, один красный.

Это не помогло успокоиться.

Лора понимала — экзаменатор будет жутко на нее злиться за то, что пришлось прийти только ради нее. Ей и так больше тройки на второй пересдаче не светило, и плевать, что мама сделала для нее у знакомого врача справку о том, что она болела ветрянкой. Будто этого мало, она из всей группы оказалась на пересдаче одна-единственная.

Дверь аудитории скрипнула.

Сердце Лоры екнуло.

Она резко обернулась.

Но увидела совсем не Игоря Анатольевича.

В дверях стоял Эмиль. Как всегда, с иголочки одет. На нем красовался темно-серый костюм, белая рубашка, галстук. Волосы идеально причесаны, во взгляде сплошная уверенность.

Лора несколько раз моргнула, прежде чем окончательно поверила — это не глюк.

Поняла, что действительно видит мужа, и онемела.

Она ожидала встретить его где угодно, но только не здесь. Дома даже в окно не выглядывала, боялась снова увидеть его во дворе. В Краснодар и вовсе носа не казала. Приехала на экзамен, бесконечно оглядываясь по сторонам, вздрагивала, пока шла к университету. Выдохнула с облегчением, поняв, что Шульц не ожидает ее у входа.

И тут на тебе.

Муж собственной персоной в аудитории, где должен проходить ее экзамен.

Внутренности ее будто обдало кипятком, в ушах зашумело.

— Что ты тут делаешь? — спросила она почти не слушающимся языком.

— Как что? — вскинул брови он. — Принимаю у тебя экзамен.

С этими словами он прошел в аудиторию, не забыв закрыть за собой дверь. А потом и правда уселся за стол преподавателя. Причем так важно и со значением, будто сидел тут постоянно.

Лора напряглась, как струна.

— Ты теперь преподаешь математику?

— Я? Боже упаси, — зацокал языком Эмиль. — Но ты можешь не беспокоиться за этот предмет. У тебя автоматом пять, я позаботился.

Лора уставилась на него обалдевшим взглядом.

— Тебя кто-то просил? Я, вообще-то, готовилась…

— Прекрасно, прекрасно, — ответил он тоном заправского профессора. — Знания тебе пригодятся в будущем.