Я на тебе никогда не женюсь

Лорд снова остановился, припоминая. Как брат короля, он был вхож во многие двери, если не во все. Глаза не мозолил, но свои люди были везде. А как еще отслеживать веяния в народе?! И если простой люд, как, впрочем, и средний класс, тревоги не вызывал, то аристократы…. Ох, уж эти аристократы! Приходилось частенько — раз в пять лет точно — разгребать какой-нибудь намечающийся заговор.

Герцогство Аверис в подобных мероприятиях не было замечено ни разу. Свитан в свое время перелопатил тонны архивных документов за многовековую историю королевства. Просматривал, в основном, документы по переворотам. И состоявшимся, и провалившимся. Герцогство не отметилось ни разу. Даже деньгами не помогало заговорщикам, как это случалось сплошь и рядом.

Лорд в последний раз от всей души пнул кусок гранита и едва не взвыл от боли в колене — когда-то он неудачно поскользнулся, спрыгивая с коня. Покрасоваться решил перед выводком фрейлин. Долго еще над ним втихомолку хихикал королевский двор. Открыто смеяться боялись, ибо даже на костылях и с загипсованной ногой капитан гвардейцев вызывал трепет.

— Совсем с ума сошел с этим мальчишкой, — выматерился про себя лорд

Свитан. — Прыгай теперь в лечебку, выслушивай укор Шанти-таля стоп, а это неплохой повод навестить и старого пройдоху, и этого сопливого кадета, Джай- таля. Может, хоть здесь повезет, и я выясню, с чего он на Ангела накинулся.

Ведь не может же быть такое просто так.

To, что он и сам, в некотором роде, готов накинуться на мальчишку, лорд Свитан старательно запихнул куда подальше — на задворки сознания. Решив, что все в его руках, и мальчишка в ближайшие полгода из академии никуда не денется.

Лорд с трудом дохромал до лечебного корпуса, где его встретил молодой, чуть полноватый мужчина в светло-бирюзовом костюме лекаря.

— Лорд Свитан? Что случилось? Нога? Как же вы так неаккуратно!

Лекарь, что-то успокаивающе приговаривая, ловко помог добраться до кушетки и устроиться там, а сам склонился над стремительно опухающим коленом.

— Лорд Свитан? — в смотровую стремительно ворвался лорд Шанти-таль собственной могучей персоной. Капитан уже в который раз удивился про себя несоответствию внешнего и внутреннего. Внешне Шанти-таль был высок, могуч, и мало соответствовал общепринятому мнению о лекарях. Ему более пристало бы командовать полками на поле брани, а не стоять у операционного стола со скальпелем и кривой хирургической иглой в сарделькообразных пальцах. Надо сказать — очень ловких и умелых пальцах.

— И что тут у нас? — спросил лекарь, самолично склоняясь на капитаном.

— Старая травма, — отозвался помощник. — Лет пять, да? Растянутые связки, надрыв мениска, смещение коленной чашечки…. Привычный подвывих.