Я на тебе никогда не женюсь

Заскочил в прихожую, сапоги свои фасонные скинул, двери на замок и охранку — паранойя наше все! И чуть ли не бегом в свою спальню. Пошебаршился там, и вот уже ссыпался по лестнице в душевую. Вообще-то их у нас две — внизу и наверху. Брат молча отдал верхнюю мне на откуп. Я не спорила. Так действительно лучше с точки зрения безопасности. Все же случайные гости не всегда бродят по личным спальням хозяев, если те на втором этаже располагаются.

Я тоже постояла под горячими струями. Нацепила домашний наряд, и припустила на кухню. Жрать охота — аж челюсти сводит. Счас мы быстренько бутербродов с колбасой и сыром настрогаем, яишенку с ветчиной поджарим, а в холодном шкафу у нас и корзиночки со сливочным кремом дожидаются. Чай вот- вот закипит, где там братец потерялся?!

— Да здесь я, здесь, Ангелок, — ответил братец, входя в кухню в одних домашних штанах и с полотенцем на шее.

Так, сестричка, челюсть подбери, слюни вытри. Да, как-то раньше не бродил Валико передо мной в неглиже. А потому я пропустила его мускулатуру мимо глаз. А еще эта седая прядь в темной гриве…. Ша, девочка! Он-то тебя сестрой почитает. И нечего тут…. Что ты — обнаженных до пояса мужиков не видела, что ли? Видела, и не только до пояса. Это я про пляж, если что. Кино, опять же….

— Ангел, может быть, тебе лучше уехать к матушке?

Умничка братик. Быстро с небес на землю спустил.

— С чего бы? — удивилась я. — Валь, я ж там от скуки на третий день в кому улягусь. Тебе оно надо?

— Ангелок, но ведь….

— Валь, солнце, я ж не совсем умный, я ж понимаю резоны, но и ты пойми. Скука может сподвигнуть мой неокрепший ум на подвиги. Оно тебе надо? Нет, я, конечно, человек взрослый…. Местами…. А учить меня там кто будет? Насельницы? Так я шить-вязать-вышивать не хуже их умею. Разве что золотом по бархату не пробовала, но и это не проблема. Ты не поверишь — я даже ткать немного умею — спасибо бабушке. Великая мастерица была.

— Ангел….

— А если во время этой медитативной техники у меня огонь проснется? Думается, матушка нам не простит сожженной обители. Нет, брат, ты как хочешь, а я остаюсь здесь.

Валико уткнулся в яичницу и принялся поглощать ее со скоростью степного пожара. Только писк за ушами стоял. На бутерброды посмотрел с опаской. Вот уж не думала, что кособокие бутерброды — совершенно неизвестное блюдо.

Кусок хлеба и кусок колбасы соединить — всего-то, а вот поди ж ты.

И только я потянулась за чайничком с заваркой, как в дверь постучали.

— Кого там на ночь глядя? — удивилась, оглянувшись на брата.

— Забыл совсем, — поморщился он, вставая. — Ангелок, к нам капитан Свитан собственной персоной. Напросился вчера на бокальчик вина после ужина. Ты как?

Я только пожала плечами.

— Да запускай! Авось, отобьемся, ежели чего! И это — не поминай лихом, что ли, если продуем.