Ничего не возьму с собой

Потому что тогда он окажется наедине со своими мыслями и со своей неспособностью хоть что-то предпринять, чтобы прекратить это тотальное безобразие. А еще потому, что ему уютно с Аней. Спокойно и уютно, словно знакомы они целую жизнь, и с десяток прошлых жизней тоже.

— Этому конца не будет. — Никита сжал в руках теплую чашку. — Даже если найдут этих, придут другие. Дело-то не в этих конкретно взятых идиотах. Дело в том, что вся эта ложь вокруг меня не утихает слишком долго. Я сначала думал: ну, поговорят люди и забудут, но оно и не думает идти на спад. Наоборот, я просмотрел комментарии в интернете, и там ад.

— Я знаю. — Анна вздохнула. — Полицейский обещал мне этим заняться, но я предлагаю тоже не сидеть сложа руки. Есть у меня один приятель, он в интернете просто живет: игры, соцсети и вообще все, что только можно, перенес из реального мира в виртуальный. Из дома не выходил уже несколько лет. Покупки делает через интернет, зарабатывает там же, оплачивает доставку продуктов и прочего тоже через интернет, и, по сути, его все устраивает. Я свяжусь с ним, и мы к нему приедем. Пусть он что-то нам посоветует. Как такая идея?

— Другого ничего нет, надо же с чего-то начинать. — Никита отпил остывшего чая и задумался. — Пожалуй, это разумное предложение. Нужен человек, который в курсе всей этой «кухни». Сидеть и ждать, пока полиция пошевелится, нет смысла, у них и другие дела есть, не бросят же они их ради меня одного.

Казалось, они обсуждают какую-то новую идею по работе, но Никита вдруг подумал, что они обоюдно избегают обращаться друг к другу. Ни на «вы», ни на «ты», и по именам тоже, потому что по имени-отчеству вроде бы глупо. И от этого нужно постоянно думать, как выстроить фразу, чтобы она звучала органично.

А это отбирает время и вообще непродуктивно, а значит, нужно внести ясность в данный вопрос, но как?

И эта официальная взаимная вежливость тоже выглядит по-идиотски, но извечное решение насчет перейти некую грань между общением директора и подчиненной и общением людей, только что вместе переживших сильный стресс, оказалось сложной задачей для обоих.

А потому они избегали обращаться друг к другу вообще. Строить предложения, в которых не было личных обращений, было непросто, но гораздо проще, чем переходить грань, которую ни один из них не знал, как перейти.

— Я предлагаю сейчас лечь спать. — Анна с сожалением смотрит на осунувшееся лицо Никиты. — Нужно отдохнуть, а завтра с новыми силами примемся решать наши проблемы. Пора положить конец этому безобразию. Пока полиция будет там что-то расследовать, может пройти время, а времени у нас нет.

— Согласен. Правда, я совсем не представляю, что можно сделать.

— Я тоже. — Анна собрала чашки и принялась их мыть. — Но человек, к которому мы поедем, знает.