Я не Монте-Кристо

Быстро переоделся и отправился за мальчиком. Славка обернулся.

— Это твой папа? — вопросительно взглянул он на Данилу, и Никита увидел, как вздрогнули закутанные в полотенце плечи.

— Да, — кивнул, подходя ближе и положив руку на плечо парнишки, — что, как он вам?

— Сразу видно, можно было и не спрашивать! Отлично, парень способный, если будет работать и не отлынивать, у нас все получится, — ответил Шеремет. — Иди в раздевалку, Данил. Если не передумаешь, жду тебя в четверг.

— Данька, пусть так считают, нам только проще, — сказал Никита, шагая рядом, — а то объясняй всем одно и то же по несколько раз.

Данил кивнул, соглашаясь, но Никиту не покидало чувство, что мальчик расстроен. Нужно попробовать его разговорить.

— Ну что, рассказывай, — повернулся он с водительского сидения, когда они уже погрузились в машину, — почему ты считаешь, что с тобой не интересно дружить? Мне же интересно!

— Потому что я некрасивый, — выпалил Данил и засмущался.

— Вот те раз, — удивился Елагин, — и с чего это ты взял?

— У меня уши оттопырены, — наклонившись вперед, доверительно сообщил ему мальчишка, и Елагин онемел, а тот повернулся так, чтобы было лучше видно.

— Ну ты даешь! — просипел он, когда к нему вернулась способность говорить. — Кто ж тебе такое сказал?

— Одноклассники. Я еще и самый маленький в классе, наверное поэтому. Мама говорит, внешность не главное, главное, что у человека внутри, — продолжил он уже не так уверенно.

— Твоя мама абсолютно права, — серьезно подтвердил  Елагин, — а уши обратно прижмутся. Вот посмотри на меня, — он повернул голову, чтобы Даниле было лучше видно, — я в детстве тоже лопоухим был, а теперь все нормально.

Но недоверчивое лицо мальчика говорило об обратном, и тут Никиту озарило:

— Данька, ты проголодался? А давай заскочим к моим родителям, тут недалеко, поедим, и я заодно покажу тебе свои детские фотки, убедишься, что я не придумываю."

"— Поехали, — мальчишка даже не пытался скрыть, как ему нравится эта идея. А Никита был просто счастлив, что та так удачно пришла ему в голову. Развернул Хаммер и погнал в сторону родительского дома.

— Мам! Мама! — крикнул он, войдя в дом, Данил несмело топтался на пороге. — Проходи, чего застрял?

— Сынок? Ой, ты не один! — мать уже шла из гостиной навстречу.

— Знакомься, это Данил, — отрекомендовал Никита пунцового от смущения Даньку, — найди мой детский альбом, а потом нас покорми, мы после бассейна голодные, как морские волки!

— Какие у тебя молодые друзья, сынок, — начала мать, а потом вдруг осеклась, побледнела и прижала ладонь к губам.

— Мам? — обеспокоенно переспросил Никита, но та развернулась и чуть ли не бегом бросилась прочь. Если бы не Данька, он тут же пошел бы следом, но пугать парня не хотелось. Наклонился к мальчику и нарочито бодро предложил.