(Не) моя свадьба

– Не переживай, парень будет сыт.

Баграт пожелал Милане спокойной ночи, пообещал приехать завтра утром и повесил трубку. Потом посмотрел на сына, который до этого внимательнейшим образом изучал взглядом телефон. Динамик у него громкий, может быть, слышал голос матери. Потом малыш посмотрел на отца. Да так грустно, что за душу взяло.

– Мой ты человечек, – проговорил Баграт, прижимая его к себе. – Ну что, Пашка, будет у нас с тобой сегодня пацанский вечер. Шашлык любишь? Шучу…

Глава 18. Четвертый день

Милана проснулась от бьющего в окно яркого солнца. Открыла глаза и обомлела, спросонья не сообразив, где находится. Белая просторная комната, до блеска вымытая, показалась ей совершенно чужой. Но очень скоро она узнала в этой комнате больничную палату, в которую ее вчера определили. Узнала и застонала от расстройства, вспомнив все то, что приключилось с ней ночью.

Вот не зря она не хотела есть угощения, принесенные Багратом. И не надо было! Как чувствовала, что ничем хорошим это не закончится. Схлопотать такой мощный приступ – это вам не на качелях прокатиться.

Хотя сам факт наличия аллергии на устриц немало ее удивил. Она ведь спокойно лопала рыбу, креветки, даже раков. Почему именно устрицы вызвали в ее организме такую реакцию? К тому же ни у ее матери, ни у сестры, ни у других родственников никогда не было аллергических приступов.

Пашку тоже миновала эта беда.

Милана придерживалась диеты в первые месяцы кормления грудью, но потом поняла – ей повезло родить здорового ребенка. Крикливого, но совершенно не склонного к болячкам и аллергии. Дальше ела что хотела и без последствий для здоровья сына.

«Пашка…» – мысленно простонала Милана.

Как он там без нее? Справляется ли с малышом Баграт?

Беспокойство за сына не давало ей покоя. Милана чувствовала себя жутко виноватой за то, что съела те проклятые устрицы. О сыне надо было думать, а не о деликатесах.

Она поднялась с кровати, оглядела свой домашний наряд, в котором ее вчера привезли на скорой – черные шорты с футболкой, на которой спереди красовался здоровенный желтый эмодзи с высунутым языком. Пусть вещи сравнительно новые, но по ее мнению совершенно не подходящие для нахождения в больнице. Однако другого у нее с собой не было.

Вздохнув, она пошла умываться, благо в палате была небольшая ванная комната.

А когда вышла, в палату как раз вошел врач в белом халате.

– Здравствуйте, меня зовут Роберт Альбертович, – представился мужчина с седыми волосами. – Как вы? Вижу, дело идет на поправку?

– Да, – кивнула Милана.

Ей и правда было значительно лучше, чем вчера после промывания желудка. Отек лица сошел, однако шею и руки покрывали аллергические пятна.

Она пожаловалась на это доктору, показала покраснения, пока он ее осматривал.