( Не ) моя Днк

Тигран дал Ане все и даже больше. Но ребенка дать так и не смог.

Он весь поник, почувствовал себя так, будто из него только что вынули душу, причем без анестезии.

— Аня, прости меня… — все, что смог сказать.

— Почему ты просишь прощения? Не понимаю… — забеспокоилась жена.

Он давно собирался ей сказать.

На самом деле хотел сообщить сразу, как привез домой из дома Саши. Но подумал, зачем огорошивать после стольких переживаний, лучше позже. Потом еще позже. И еще. Месяцами молчал, как последний трус, и тихо радовался, что Аня не заговаривала о второй беременности. И вот дождался. Заговорила…

— Я бесплоден, — нехотя выдавил он из себя. — Генетическая аномалия. Это не лечится. Я пытался, консультировался у разных врачей, лучших. Ты думаешь, почему я вообще пошел тогда делать ДНК-тест? Потому что мне сказали, что детей у меня быть не может, вот я и…

И замолчал, заметив, что жена застыла, уставилась на него круглыми глазами.

Тиграну очень не понравился ее взгляд. Показалось, что увидел в ее глазах выражение, схожее с тем, какое уже видел однажды. В тот самый вечер, когда Аня убегала от него из этой самой спальни, а потом сломала зуб. Выражение глубочайшего разочарования.

Выдержать такой взгляд супруги было невыносимо.

— Аня, не бросай меня, пожалуйста, — тихо взмолился он.

И жена будто пришла в себя. Сморгнула разочарование и бросилась к Тиграну. Обняла его, принялась целовать в губы, щеки, шею.

— Нет, Тигран, нет, ты что! — запричитала она. — Я не брошу тебя! Никогда… Мне так жаль, милый! Мне так безумно жаль…

Она посмотрела на него с такой болью в глазах, что у Тиграна сжалось сердце.

— Ань, это так расстроило тебя?

— Просто… — она тяжело вздохнула и проговорила: — Я так мечтала, чтобы у нас был сын! Такой же, как ты, смуглый, черноволосый и черноглазый, твоя маленькая копия. Теперь его точно не будет…

Сказала и прижалась к нему крепко-крепко, как будто это могло что-то исправить. И тут он услышал ее всхлип. Тихий, почти незаметный, но всхлип!

Тигран очень не любил, когда Аня плакала.

* * *Аня припарковала машину возле дома.

— Давай, малышка, быстренько переоденемся и в супермаркет, — проговорила она, отстегивая Лейлу.

Обе были в нарядных бежевых платьях после майского утренника, ни к чему их портить в магазине, вдруг зацепят или испачкают.

Пока Аня доставала дочку из детского кресла, невольно охнула, ведь девочка давно стала для нее тяжеловата. Еще бы, ей пять лет, уже большой ребенок — девятнадцать килограммов счастья.

Забежали во двор и застыли, увидев отца семейства с малышом на руках. На вид грудничок, месяца три — не больше. Еще не слишком уверенно держал головку, покрытую густыми, черными волосами. Очень забавный в своем голубеньком комбинезоне с мишками.