( Не ) моя Днк

Потом взялась собирать мусор со стола и пола. Коробки из-под пиццы, контейнеры из ресторанов, пакеты из-под пряников. Понятно, чем Тигран питался.

Открыла холодильник и поняла — нет, ужас не на кухне, ужас тут.

Белый двухдверный красавец изнутри напоминал склеп, столько там было испорченной еды, просроченных продуктов. И венец всему — еле впихнутая поверх контейнеров тарелка с нарезанной колбасой и сыром. Нарезка была изрядно заветренна, на колбасе виднелась плесень.

Ням-ням, как вкусно.

Непонятно, как по кухне еще не бегало полчище тараканов.

«Хрюша ты, Тигран!» — хмыкнула про себя Аня.

Оказалось, что уборка — отличное занятие, чтобы хоть немного отвлечься, чуточку унять съедавшую изнутри тревогу. Все лучше, чем лезть на стенку от бессилия.

Аня трудилась как робот с только что заряженной под завязку батарейкой. За ночь дом преобразился до неузнаваемости. Не осталось в нем ни пылинки, ни самой завалящей соринки. И ни одной протухшей колбаски."

"Примерно к четырем утра, когда уже еле-еле передвигала ноги, Аня спустилась в гостиную, которая соседствовала с прихожей. Заняла выжидательный пост на диване — как раз чтобы видеть дверь. Накрыла плечи клетчатым пледом, обняла подушку, прилегла на мягкий подлокотник, и сама не поняла, как заснула.

Ей снилась Лейла.

Самая замечательная девочка на свете — ее дочка. Они вместе лепили из пластилина цветочки, потом пекли пирожки из настоящего теста, лопали их с какао. Было так хорошо, что не хотелось просыпаться.

Однако проснулась, услышав в дверях крик:

— Мамочка!

Резко села, даже не поняв, что уже день. Помотала головой, но все равно не поверила своим глазам. К ней во всю прыть неслась дорогая дочка.

Думала — сон. Но нет! Маленькие ручки уже ее обнимали, сладенькие губки целовали в щеку.

— Доченька моя! — охала Аня и плакала от счастья.

* * *Тигран наблюдал, как Аня обнимает Лейлу, и на душе у него светлело.

Вот она, его семья. Самая любимая, а другой никогда и не будет, потому что ни для кого другого в его сердце места не найдется. Оно занято этими двумя девочками. Драгоценными.

После того как Аня несколько раз звонко расцеловала Лейлу, она бросилась к нему.

— Спасибо тебе! — на выдохе проговорила она и повисла на шее, прижимаясь к нему всем телом.

Одним своим касанием лишила Тиграна способности дышать, так он был счастлив получить от нее это объятие.

Однако сюсюкать было некогда. Дело прежде всего.

— Не нужно меня благодарить, Аня. — Он отстранил ее от себя. — Я сделал то, что был должен. А теперь соберись, поедете с Лейлой к Авику, ладно? Погостите там немного, максимум день. Я кое-что улажу и заберу вас.

Думал, жена начнет противиться, задавать вопросы. Соображал, как бы мягче на них ответить. Однако Аня ничего не спросила.