( Не ) моя Днк

— А ты в это время с другими…

Тут Тигран не удержался, развел руками и заговорил проникновенным голосом:

— Да пойми ты, глупая, я не мог тебя брать тогда! Ты дитем была! Я не трахаю детей!

Однако это ничуть ее не успокоило. Аня завизжала еще громче:

— А что изменилось в день моего восемнадцатилетия? Я резко взрослой стала? Ух прям какой взрослой! И ты после этого смел обвинять меня в измене с такой надменностью…

— Не сравнивай! Это другое, — проскрежетал он зубами.

— Да, это другое, Тигран! Между мужчиной и женщиной вообще есть серьезное различие. Вас не заставишь заниматься сексом, если вы не хотите. Я никогда не хотела тебе изменять, а ты пошел на это осознанно!

Тут он не выдержал, упер руки в боки и процедил сквозь зубы:

— Я не понял, тебя кто-то тащил в тот клуб? Или заставлял напиваться до беспамятства? Или, может, спиртное в тебя заливали насильно? Учти, про сказку с двумя бокалами шампанского я не верю.

Она отшатнулась от него, как будто он дал ей пощечину. Потом зло прищурилась и снова пошла в наступление:

— У меня это случилось один раз и без какого-то умысла или здравого желания. А у тебя на постоянной основе и по твоему желанию! И вот после этого ты выгнал меня с дочкой на улицу, ночью… Ты понимаешь, как мне страшно было?! Ты хоть представляешь, каково это — остаться с трехлетним ребенком на улице без денег, а?

На лице жены появилась гримаса боли и страшной обиды.

Тиграна резануло, с каким презрением она посмотрела на него в тот момент. Стало совсем не по себе. Да, он хотел наказать Аню, сделать ей максимально больно за свою боль. Но никак не думал, что ей будет еще и страшно. Она так стойко восприняла его решение о разводе, будто ждала этого, будто ей все равно. А оказалось, ей было страшно. Почему она назвала именно это чувство? Это такая манипуляция, чтобы заставить его чувствовать себя виноватым? Но он и без этого давно пожалел, что поступил так строго.

— Не утрируй, Аня. Никакой реальной опасности для тебя не было. Ты могла пойти к друзьям, и…

— К каким друзьям? — завопила она. — Все наши друзья были на том вечере, и ни один теперь со мной не общается!

— Все же один друг нашелся, — зло усмехнулся Тигран. — Даже гадостей тебе про меня наговорил."

"— Да если бы не Саша, я не знаю, что бы я делала! Я думала, мы с Лейлой с голоду умрем! Я платья свои продала, чтобы у нас были деньги на съем жилья и еду. Ты своей обидой кичишься, однако сам изменял, и осознано. А меня выгнал в никуда как надоевшего кутенка!

— К-какие такие платья ты продала, Аня? — ошарашенно спросил Тигран. — Мы что, нищие, что ли, чтобы ты платья продавала?!

— Нет больше никаких «мы»! И никогда не будет!

С этими словами жена развернулась и снова бросилась бежать.

— А ну, стой! — заорал Тигран.