(Не) мой наследник

И она была простой студенткой – русской американкой Габи – улыбающейся брюнеткой в джинсах и широкой белой футболке. А сейчас на меня смотрит расчетливая стерва…

– Что ты молчишь, Ники? Думал, я так проста? Мы не заключали брачный договор и…

– Что ты хочешь, Габи? – сухо произношу я, встречая ее цепкий, устремленный прямо на меня взгляд. – Права на приложение? Дом, фирму, машины? Я готов откупиться от тебя. Назови свою цену.

Ей-богу, она сникает. Из карих глаз улетучивается хищный блеск, губы сжимаются в напряженную линию, а тонкие пальцы начинают предательски подрагивать. Не ожидала? Думала, я поддамся на ее провокации и угрозы?

– Не торопись, Ники. Гражданский суд США спросит о причинах развода. Знаешь, что я скажу?

– Мы все решим мирно, Габи. По обоюдному согласию бракоразводный процесс не займёт больше трёх месяцев. Я дам тебе то, что ты хочешь.

– Не дашь, Ники, – горько произносит она. Мне кажется, что ее глаза увлажняются, а на лицо наползает бледность. – А я хочу удержать тебя подольше. Поэтому укажу причиной развода жестокое обращение, измены, пьянство, оставление в опасности и…

– Остановись, Габи. Пожалуйста. Не падай в моих глазах ещё ниже, я прошу тебя. Ты же не такая, Габ? Неужели, это все из-за денег? Вспомни, как ты выходила за меня? У нас даже на нормальный ресторан денег не было.

– Можешь трахать свою потаскуху, сколько твоей душе угодно, – не дослушав моего опуса, шипит Габи. – Но ты останешься моим мужем, Ники. Или… Или готовься к искам от моего адвоката.

– Я понял, Габи, – многозначительно отвечаю я, запустив ладони в карманы брюк и сжимая их в кулаки. Мне хочется всадить ими в стену, но я сдерживаю эмоции. Не удивлюсь, если Габриела записывает наш разговор на камеру, чтобы использовать мои слова в суде или выставить психопатом-абьюзером, не умеющим держать себя в руках.

– Что ты понял, Ник? – надтреснуто произносит она.

– Все. О тебе и нашем браке. А сейчас я пойду.

Не дожидаясь ее ответа, выхожу из кабинета и спешно иду по коридору к выходу. Мне нужен лучший адвокат. Габи не будет ждать моей милости. Она четко дала мне понять, что настроена на войну. Значит, война? Сейчас, когда я больше всего нуждаюсь в поддержке… Сажусь в машину и опускаю голову на руль. Глубоко дышу, раздумывая, как поступить? Мне нужен адвокат-американец или грамотный российский адвокат, знакомый с международным правом. Если Габи обвинит меня в насилии или неблагонадёжной заботе о ней, Гражданский суд США примет иск и запретит мне свободно передвигаться по миру. Меня даже могут заключить под стражу до выяснения обстоятельств. Нет, нет, нет… Только не сейчас, когда мой сынишка нуждается во мне больше всего… Никогда не прощу ей столь чудовищной жестокости… Никогда…

Давлю на газ и еду в больницу.