Не верь мне

Но голова отказывается работать в этом направлении, пытаясь по обрывкам воспоминаний, собрать всё произошедшее за последние пять часов.

Аня щебечет о своих делах, а я немигающим взглядом рассматриваю две кружки, оставленные нами на столе. События сегодняшнего дня медленно, но верно наваливаются на меня, выбивая напрочь почву из-под ног.

Я не то чтобы жалею, но паника методично отвоёвывает своё пространство у меня в груди. Бежать, правда, не хочется. Но и в спальню заглядывать тоже. Мою кружки, словно уничтожая следы нашего преступления. Ещё надо бы сходить в душ. Но это тоже вызывает волну негодования, так если бы ощущения на моём теле были последним связующим звеном между нами. Долго и упорно оттираю поверхность кухонного стола, и есть в этом что-то нездоровое. Паронаидальное. Впрочем, знакомые и привычные действия помогают совладать с бурей в душе.

На улице снег, густой и пушистый, делает мир вокруг слепяще белым, иллюзорным и до невозможности далёким. Оконное стекло быстро запотевает от прикосновения моих пальцев. Всё-таки я тоже горячая, потому что живая. Моё тело так и кричит мне об этом, ему всё ещё хорошо, так если бы из него выкинули всё ненужное и заполнили негой. Такие забытые ощущения. Слегка саднит бёдра, да и губы, кажется, опухли, по крайней мере, если провести по ним языком, на ощупь они совсем другие. И запах. Его запах, он окутывает всю меня, словно впитавшись под кожу. Надо бы в душ. Но ноги не идут.

Я так и стою у окна, босая, растрёпанная и в одном лишь шёлковом халате, выводя пальцем замысловатые узоры на холодной поверхности стекла. Серёжка появляется на кухне неожиданно, но так ожидаемо. Тихо, почти не слышно. Но я всё равно нутром чувствую его приближение. Он какое-то время стоит в дверях, рассматривая меня, и взгляд его практически осязаем, он скользит по мне, ласкает, укутывает. И опять-таки моё тело не может на это не реагировать, покрываясь сотнями мелких мурашек.

А потом он отмирает и в несколько шагов сокращает расстояние между нами до считанных миллиметров, буквально нависая надо мной. Его рука скользит по моим волосам, перекидывая их через одно плечо, а сам, слегка наклонив голову вперёд, проходится губами за моим ухом. Еле касаясь. Еле ощутимо. А у меня уже ноги подгибаются. Пропащая я.

-Думаешь? – чуть ли не шёпотом озвучивает он очевидное.

Я еле заметно киваю головой, боясь пошевелиться в такой волнительной близости от него.

-Плохо, - вздыхает Измайлов.

-Плохо, - соглашаюсь я с ним, заставляя свой голос прорезаться. Это помогает вернуть подобие контроля над своим телом, и я медленно поворачиваю свою голову к Серёге. Он стоит настолько рядом, что мы тут же соприкасаемся лбами, упираясь друг в друга.

Серёжка не стал полностью одеваться, натянув на себя лишь джинсы.