Не мешайте палачу

Внезапно горло ее сжалось в спазме, она подавилась дымом и закашлялась. Потом, ночью, Павел просил ее посидеть рядом. Клялся, что никогда не обидит ее. Откуда вдруг такая сентиментальность? Понял, что сделал ее почти соучастницей убийства, и просил за это прощения? А в самолете, когда они уже подлетали к Москве, он держал ее за руку, массировал какую-то точку, связанную с вестибулярным аппаратом. Она сидела, держась за руку убийцы, и даже задремала, расслабившись. А недавно позволила ему ночевать в своей квартире. Ночь наедине с убийцей! Ну, Каменская, ты даешь.

«Остановись, Анастасия, – одернула себя Настя. – Это только твои подозрения. Еще неизвестно, тот ли это бар. А если и тот, то, может быть, вы уже ушли из него, когда было совершено убийство. Ты же не помнишь точно, в котором часу вы оттуда вышли. Ты и на часы-то не посмотрела тогда. А если бар все-таки тот самый и время совпадает, то все равно не факт, что Павел – убийца. Не нагнетай. Подумай еще раз, подумай как следует, проверь все до мелочей».

Настя изо всех сил уговаривала себя. И чем старательнее уговаривала, тем отчетливее понимала: Павел Сауляк – палач.

Глава 18

Антон Андреевич Минаев снял костюм, переоделся в спортивные брюки и свитер и собрался было приступить к ужину, когда раздался звонок в дверь.

– Сиди, я открою, – сказала жена, махнув рукой в сторону накрытого стола.

До Антона Андреевича из прихожей донеслись голоса, один из них принадлежал его супруге, другой был тоже женским, но незнакомым. «Соседка, наверное, – подумал он. – За солью или спичками». Он уже налил себе полную тарелку борща, когда в кухню вошла жена.

– Антон, выйди к нам, пожалуйста.

Он недовольно поморщился, поставил тарелку на стол и вышел в прихожую. Женщина, которую он увидел, сразу ему понравилась. Молодая, лет тридцати, в брюках и длинной матерчатой куртке. Лицо милое и какое-то застенчивое.

– Здравствуйте, – робко произнесла она. – Я живу рядом, в соседнем доме. У меня просьба такая… Вернее, предложение. Не знаю даже, с чего начать…

– Смелей, – подбодрил ее Минаев. – Мы не кусаемся. Что у вас случилось?

– Слава Богу, пока ничего, – женщина улыбнулась и стала еще милее. – Дело в том, что у меня дочка шести лет, в этом году в школу пошла. Понимаете, у нее теперь подружки, одноклассницы, и она все время гуляет с ними в нашем сквере, играет. А у меня окна на другую сторону, из них сквер не виден. И я все время нервничаю. Понимаете… Она же еще совсем маленькая. И потом, от нашего дома ей, чтобы дойти до школы, нужно дорогу переходить. А если от вашего дома идти, то дорогу переходить не надо.

– Я понял, – перебил ее Минаев. – Вы хотите поменяться.

– Очень хочу, – кивнула женщина. – Вот обхожу все квартиры, ищу, может, кто согласится.