Не ломайся, девочка! (СИ)

Резкий такой шаг, от которого у меня внутри все екает, а потом возмущенно взметается вверх, ввысь, распространяется по всему телу протестом.

Какое он право имеет! Да как он смеет… Так на меня глазеть!

Изо всех сил цепляюсь в жилистого Лешу, сейчас он — моя опора, поддержка. А Тихон — просто ошибка. Из прошлого. Как же я хочу, чтобы все-все к нему прошло, отболело и отвалилось, как сухая корка после гнойного воспаления.

Тихон смотрит на меня с ураганом эмоций во взгляде, и я впервые отвечаю ему также, не отводя глаза."

"Ненавижу его! Он меня недостоин. Просто недостоин! Пусть и дальше идет трахаться со своей невестой, они ничего не стесняются, лапают друг друга, хватают. Пусть на столе ее разложит и во все дыры отлюбит. Да он просто даже смотреть на меня недостоин.

— Гнус, — срывается с моих губ.

Глаза Тихона распахиваются.

— Что? — спрашивает побелевшими губами.

— Ты гнус.

— Вы знакомы? — интересуется Леша, неспешно так поглаживая меня по животику.

— Так это тот… чудак. Помнишь, я говорила… Таскался за мной. Почти женатик. Сам в отношениях. Но не прочь погулять.

— Глаш, — хрипло роняет Тихон. — На пару слов. Тет-а-тет.

— Нет! — влезает Алексей. — Охренел, что ли? К своей даме сердца подкатывай. А мы спешим. Глаш, родители завтра приезжают, а мы еще с рестораном не определились. Поехали, — предлагает.

— Да, поехали, конечно.

Заставляю себя погладить Лешу по одной щеке и поцеловать в другую. Краем глаза вижу, как кадык Тихона дергается. А как тебе это понравится, гад? Легко касаюсь губ Леши, отстраняюсь. Сердце вот-вот выскочит! Волнуюсь под взглядом этого подлеца… Безумно волнуюсь.

— Совет да любовь? — пялится на мой живот.

То ли спрашивает, то ли утверждает. Губы дрожат. Глаза злые и блестящие.

— Спасибо. Пошли, Леш. Устала я что-то… После этого клуба.

— А я тебе говорил. Завтра еще на работу собралась. Может, отменишь?

— Нет, завтра, наоборот, пораньше надо. Заказ важный…

***

Тихон

Смотрю, как она уходит.

Под ручку с другим! Как же так?!

Это неправильно! Вашу мать, это неправильно. Так быть не должно, нет. Нет же! Только не это…

Она беременна. Еще и так быстро.

Животик уже округлился, наметился. Я в этих штуках не спец, но кажется, Глаша по мне не горевала совсем.

А я хотел, чтобы она горевала? Я вообще даже думать себе о ней запрещал. Сказал, эта дверь закрыта и все. Так проще. Проще лишить себя перспектив и двигать к цели, поставив только ее одну перед собой.

Ни на что больше не отвлекаться, душой не тратиться. Сердцем переживать только если вдруг опасения возникли, что не выгорает с этим всем. Но выгорело же… И даже с семьей я теперь ближе намного, и даже не-папаша почти мной доволен: ай, в каких кругах вращаюсь!

Но теперь… Когда ее увидел, взглядом пересекся, все внутри забурлило.