Он тебя не любит(?) (СИ)

И в клинике доктора Пальчевского, куда Макар планировал ее везти на осмотр по возвращению из командировки, тоже сразу все увидят. Почему она такая трусиха, ну кто убивает кормящих матерей? Никто, тем более, Макар.

Эва вспоминала, как нежно Макар обращается с девочкой. Она часто видела, как он клал ее себе на колени и что-то рассказывал, всякую ерунду, куда они вместе поедут, куда он ее повезет, как он построит бассейн и будет учить ее плавать. А Машка слушала и будто понимала, Макар попеременно целовал ее то в лобик, то в носик, а она лишь усерднее мусолила свою пустышку.

Эва давно выбрала имя, точнее, его выбрал Макар.

— Ты придумала, как ее назовешь? — спросил он раз Эву.

— Мне нравится Диана. И Кристина тоже, — ответила она, а потом решилась и спросила дрогнувшим голосом: — А тебе какое имя нравится?

— Маша, — сказал Мак, закрыв глаза, — Мария. Так мать звали, но мне просто имя нравится.

И Эва про себя решила, пусть будет Машка, ей тоже нравилось. А когда Мак расспрашивал ее об отце дочки, Эва снова жалела, что здесь нет бассейна, где она могла бы утопиться от стыда.

— Девочке нужен отец. Или ты считаешь, что тот имбецил, от которого ты забеременела, ее достоин?

— При чем здесь он? — смущалась Эва.

— Ну если бы он явился, ты бы его простила?"

"— Я выросла без отца. Я даже имени его не знаю, мама так и не назвала, — вообще-то, Эва подозревала, мать и сама не знала, точнее, настоящего не знала, а то, которым он назвался, Константин, не факт что было настоящим. — И ничего, ты знаешь, никогда себя ущербной не чувствовала.

Это тоже была ложь, конечно чувствовала, и теперь ощущала себя настоящей преступницей, погрязая во лжи. Утешало одно, один визит в клинику с документами из роддома, и эта ложь растает как льдинка на жарком солнце. Снова вспомнилось лицо Макара, когда он склонялся над дочкой, и совесть безжалостно вгрызлась в душу.

Как он целовал ее на прощание, обещал развестись с женой, просил не оформлять докумены на Машку. А может… Может, ему написать? Эва схватила телефон и быстро набрала сообщение:

«Мак, Машка твоя, прости, я тебя обманула. У меня никого не было кроме тебя».

Подумала и приписала: «Возвращайся скорее, мы тебя любим!» Сообщение повисло с одной галочкой как недоставленное. Правильно, Макар в самолете, ему лететь десять часов, как приземлится и войдет в интернет, сразу прочтет.

Будто гора с плеч свалилась! Эва летала по дому как на крыльях, погуляла с малышкой и уже укладывала ее спать, как вдруг по коже словно льдом прошлись, а в комнате температура упала на несколько десятков градусов.

— Ну здравствуй, сестра!

Эва медленно обернулась. На пороге комнаты стояла Алена.