Не люби меня

— Как я тебя хочу, Ярик…

Его губы буквально везде: скользят по шее, плечам, обхватывают чувствительный сосок. Я даже не пытаюсь стонать хотя бы чуточку тише. Он мой муж, а я его жена. И наши отношения определенно давно вышли за пределы фиктивности и искусственности. Всё по-настоящему, по-взрослому.

Жаров надевает презерватив и упирается головкой между половых губ. От нетерпения я ёрзаю бёдрами и смотрю в карие глаза с расширенными зрачками. Чувствую, как они затягивают в самый опасный омут, из которого так просто не выбраться. Ни за что.

​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​— Горячая девочка, — говорит Яр, входя в меня одним резким толчком.

Из груди вырывается вскрик, тело начинает дрожать. Пальцы Ярослава сжимают мои бёдра так сильно, что, даже если захочешь, ни за что не вырвешься."

"Он двигается размашисто и часто, сталкиваясь с моими бёдрами и прожигая взглядом. Достаточно пары движений, прикосновений и поцелуев, чтобы взорваться от удовольствия. Оргазм сбивает меня с ног, уничтожает, разрушает. По вискам катятся капли пота, дыхание срывается. Я чувствую себя на седьмом небе от счастья! Могла ли я мечтать о подобном в свои восемнадцать? Лучший друг старшего брата. Взрослый, недоступный, холодный. Теперь он кончает одновременно со мной и прижимается своим лбом к моему, обхватив ладонью затылок и зарывшись пальцами в мои распущенные волосы.

— Ярик…

Я хочу сказать ему, что люблю. Очень сильно хочу, чтобы он знал, даже если всё это время давно догадывался. Но затем прикусываю язык, потому что где-то в глубине души по-прежнему боюсь быть отвергнутой.

— Мне хорошо с тобой, Сонька, — произносит Жаров на одном выдохе. — Просто охрененно хорошо.

Спустя десять минут мы лежим на его кровати уже одетые, после душа. Дурачимся, дразнимся, провоцируем друг друга. Прекрасно знаем, что на одном разе никто из нас не остановится. И это безумно заводит.

Яр усаживает меня на свои бёдра, гладит живот, забравшись под футболку. Взгляд порочный и совершенно безбашенный. Он неожиданно нежно убирает мой крестик за спину.

— Не забыть бы посетить ювелирный.

— Мне и с крестиком неплохо, — произношу, облизывая губы.

— Пообещал и не купил — жлобством попахивает. Тебе не кажется?

Я смеюсь, запрокинув голову к потолку, но затем резко умолкаю, едва мне приходит одна внезапная мысль.

— Ты в столицу едешь? — спрашиваю Жарова.

— Да, послезавтра.

— М-м. Надолго?

— Точно не уверен, но не больше недели.

Не знаю почему, но я жутко волнуюсь после его слов, даже внутренности сжимаются.

Яр едет в столицу, и мы впервые разлучимся на целую неделю. Мне будет очень непривычно и одиноко без него. Мы бы могли... Вместе, наверное.