Не красавица

Нужно же было себя чем-то занять в ожидании его звонка.

— Конечно. Я ведь живой человек.

— Я спрашиваю потому, что ты до сих пор не был женат.

Дан шутливо качает головой.

— Решила ударить меня махровыми стереотипами?

Я моргаю, растерявшись. Дан прав. Так могла бы сказать моя мама.

— Извини, пожалуйста… —  Опускаю взгляд на свои босые ступни, ощущая себя ужасным человеком. — Я совсем не хотела быть настолько бестактной…

— Таня-Таня. — Дан подходит вплотную, и мне ничего не остаётся, кроме как снова на него посмотреть. — Это не упрёк. Мы живём в обществе, где стереотипы правят увереннее, чем Конституция. Они есть в каждом, и я не исключение.

Он убирает волосы с моего лба и понижает голос:

— За всю жизнь я дважды состоял в серьёзных отношениях. Последний раз —три года назад. Моя, если можно её так назвать, проблема заключается в том, что мне с собой хорошо. А отношения правильно строить с тем человеком, с которым будет лучше, чем одному. И чем старше ты становишься, тем найти такого становится всё сложнее. Отчасти это и служило причиной расставаний: приходил день, когда моих партнёрш начинал раздражать тот факт, что мне бывает хорошо без них. Почему-то женщинам нравится думать, что каждая моя мысль и каждый мой поступок в течение дня обязаны быть связаны с ними. В моём понимании, человек — это в первую очередь личность, а уже потом партнёр.

— Наверное, они любили тебя, — тихо говорю я. — И им было мало твоей любви.

Дан издаёт мягкий смешок.

— Зришь в корень, красавица. Любви им действительно не хватало, но дело было не совсем во мне. Желание вцепиться клещами в другого человека и требовать его внимания двадцать четыре на семь — это отсутствия подлинного интереса к себе.

— А ты говорил им, что любишь их?

— Да, красавица. Я, конечно, говорил. Со временем, правда, всё реже. Когда чувства пытаются выдрать из рук, хочется всё больше оставить себе. Ты такое замечала?

Я качаю головой.

— Нет. Никто не пытался выдрать у меня мои чувства. Раньше думала, это потому, что я какая-то неправильная. А сейчас понимаю: люди просто не видели, что у меня есть что забрать.

— Напомни, сколько тебе лет? — говорит Дан, улыбнувшись. Губами, но не глазами. — Это так, к слову. Я помню, что тебе двадцать четыре. Приятно встретить человека, с которым можно говорить честно и на равных.

Хочу ответить, что тоже безмерно ценю его откровенность, но в этот момент Дан обхватывает ладонью мой затылок, а его губы жадно накрывают мои.

Жар за секунду распространяется по телу, едва его запах проникает вглубь меня через вкусовые рецепторы. Спичка — вот кто я рядом с ним. Вспыхиваю мгновенно."

"Не знаю, что это — мышечная память или инстинкты, но в этот раз моё тело точно знает, что нужно делать.