Я на тебе (не) женюсь

Ты носишь моего ребенка, ты работаешь в моем отделе, ты…

– Пожалуйста, не делай этого, Артур! – вдруг воскликнула она.

– Не делать чего? – не понял он.

– Не заставляй меня увольняться!

Артур уставился на нее с обалдевшим видом.

– Я хоть слово про увольнение сказал? Чем ты меня слушала? Что ты вообще себе надумала?

Эва посмотрела на него донельзя расстроенным взглядом и ответила:

– Если ты продолжишь давить, мне придется уволиться. А мне очень нравится эта работа, и мне важно иметь какой-то доход ради будущего ребенка. Дай мне доработать до декрета, я ведь не найду себе другого места беременная…

Плечи ее поникли, взгляд сделался жалобным. Больше того, глаза, кажется, повлажнели. Уж не плакать ли собралась?

Тут-то до него и дошло, что весь этот апломб и флер уверенной в себе девушки, какой она перед ним сегодня предстала, – напускное.

Перед ним все та же ранимая, мягкая Эва, просто спряталась за чужую маску. А на самом-то деле она нежная ромашка, которая не очень-то умеет держать удар.

В Артуре мгновенно проснулся инстинкт защитника. Уж что-что, а в обиду он Эву не даст никому.

Даже себе.

– Успокойся, пожалуйста, – попросил он сдавленно. – Не надо реветь. И увольняться тоже не надо…

– Я не смогу здесь работать, если ты станешь каждый день меня прессовать и требовать к тебе вернуться, – покачала головой она и шагнула назад.

Артур нервно сглотнул, представил, во что ему выльется ее увольнение.

Во-первых, она страшно на него обидится, еще натворит глупостей вроде той, когда собралась уехать от него в Питер. Не сможет же он контролировать ее двадцать четыре часа в сутки, как бы ни хотелось. Во-вторых, тут он ее по крайней мере сможет видеть, быть рядом. А иначе она запрется в квартире Миланы, и все.

Но что ему теперь делать? Разрешить ей от него уйти с концами? Ну нет.

Впрочем, он, наверное, может немного подождать, дать страстям улечься.

– Работай спокойно, – буркнул он.

– И как же мне работать с тобой, когда у тебя такой настрой? – спросила она с болью в голосе. – Сам сказал, что покоя не дашь…

– Ладно, – он выставил вперед ладони и продолжил нехотя: – Я не буду давить. Мы продолжим сегодняшний разговор, когда ты созреешь.

– Я не созрею, – покачала она головой, а потом в ее взгляде снова появилась решительность: – Если станешь на меня давить, я уволюсь.

С этими словами она обогнула его и вышла из кабинета."

"Артур же остался гадать, сколько времени понадобится Эве, чтобы успокоиться. В самом деле, не может же она всерьез хотеть с ним расстаться. Но когда она это осознает и будет готова к диалогу? Ведь упрямая девчонка вполне может дуться целый день. Или даже два! Это ему столько ждать?!

Терпение не было сильной чертой Саркисяна.

Глава 44. Начальник и подчиненная

Эва провела весь день как на иголках.