Я на тебе (не) женюсь

Уж он постарается, чтобы в жизни этой конкретной девушки теперь царило одно сплошное спокойствие.

Сегодня он будет ее любить особенно нежно и сладко. В процессе она забудет про все свои переживания. Уж точно полностью расслабится. А завтра он проделает с ней то же самое, и послезавтра тоже. Они ведь всегда отлично мирились в постели.

Наконец Эва вышла в коридор.

С нездорово красными щеками!

Едва Артур ее увидел, как внутри все похолодело. С ней явно творилось что-то не то, вон какой обеспокоенный взгляд.

Он подлетел к ней, взял за плечи, посмотрел в глаза.

– Эвочка, что тебе сказали? Как ребенок? Как ты?

– Все в порядке, – невеселым голосом ответила она. – Просто небольшой тонус…

Артур ничего не понял.

То железо у нее низкое, то d-димер высокий, а теперь еще какой-то тонус.

– Какой тонус? – еще больше всполошился он. – При чем тут вообще тонус?

– Ну… Мышцы матки просто напряглись, но все пройдет. Я уже хорошо себя чувствую.

– Тебе прописали необходимые лекарства? Сейчас поедем, все купим, – заявил он решительно.

– Мне не надо лекарств, – покачала головой Эва. – Тут нужен покой…

– Покой и все? – Левая бровь Артура поползла вверх.

– Не совсем…

Эва завертела головой по сторонам, посмотрела на парочку, которая сидела на банкетке чуть поодаль. А потом поманила Артура, чтобы он наклонился, и прошептала ему на ухо:

– Нужен половой покой тоже.

Половой покой – не слишком понятное словосочетание.

– Что ты имеешь в виду? – переспросил он хмуро.

Эва снова зашептала ему на ухо:

– Ну, нам неделю нельзя заниматься любовью…

В этот момент Артур очень понадеялся на то, что просто ослышался. Он посмотрел на Эву недоуменно, взглядом потребовал объяснений.

А она лишь развела руками.

– Как это нельзя? Вообще? – воскликнул он гораздо громче, чем следовало.

Щеки Эвы снова налились красным, и Артуру стало стыдно за свой резкий тон."

"– Извини… – проговорила она тихо.

– Ты не виновата в том, что плохо себя почувствовала, – прогудел он хмуро. – Но ты можешь объяснишь, почему вдруг такой запрет? Раньше ведь было можно.

– Просто мы слишком много этим занимались… – сказала Эва сдавленным голосом.

«Вашу ж мать… – мысленно выругался он. – Залюбил девчонку по самые не могу».

Артур раздосадованно вздохнул, взял Эву под руку и повел к выходу.

– Поехали домой…

Пока Артур рулил по улицам Анапы, в голове все крутилось: «Никакого секса».

Целая неделя без ласк Эвы – это же застрелиться! Как он это выдержит? Но как-то надо… В конце концов, он давно не прыщавый подросток, прекрасно умел себя контролировать. Обычно. Когда дело не касалось его дорогой невесты. К слову, даже будучи подростком он не испытывал подобной тяги ни к одной девушке, какую питал к ней.