(Не) измена (СИ)

Припугнуть она, блядь, хотела!

— Вы хоть знаете, каково это — любить человека на расстоянии и наблюдать, что он одержим другой? И даже не понимать, что в ней такого! Что?! Она никакая! Скучная, неинтересная, унылая!

— Закрой рот. — рявкнул, не желая слушать выплески дерьма в отношении Вари.

— Что теперь со мной будет? — спросила приглушённо, резко сменив направленность разговора.

— Ничего хорошего. У тебя был шанс нормально жить. Я предупреждал. Но ты выбрала другой маршрут. Наслаждайся теперь.

— Никита Александрович, помогите мне, пожалуйста. Я обещаю, что больше на глаза не попадусь. Никогда обо мне не услышите и не увидите. Я ошиблась. Поддалась эмоциям и не думала о последствиях. Я знаю, что виновата. Рассказала вам всё «от» и «до». Простите меня. Пожалуйста, простите. — снова переобулась в саму невинность. Хамелеон хренов.

— Нет. — припечатал бескомпромиссно. — Помогать я тебе не буду, а вот к тому, чтоб ты отхватила максимум говна и ещё долго вылезти из жопы не смогла, усилия приложу. В лепёшку расшибусь, но тебя и твоих друзей нарколыг, засажу на максималку. Ты теперь не то что карьеры, ты свободы не увидишь. Это я тебе обещаю. — чуть подавшись вперёд, прорычал приглушённо. — И поверь, лучше сесть. Потому что на свободе тебе теперь небезопасно. — хер знает, что в моём взгляде увидела Марина, но дёрнулась и резко отпрянула назад.

Больше мне тут делать нечего. Всё что было нужно — услышал. Всё что хотел сказать — сказал. И я не блефовал, когда говорил, что сделаю всё, чтоб она, как и её дружки, выхватили по полной.

К ним, кстати, тоже наведался. Хорошо их помяли. И, как по мне, маловато. Но тем не менее, руки марать не обязательно. Я смогу и законным способом закатать всех троих.

Гриша всё это время ждал. Он тоже в этой теме держал руку на пульсе. Но освободился значительно раньше меня. Нашли нападавших, кстати, его парни. А дальше проще, всё пошло как по накатанной. В участке тоже заверили, что дело на тормозах не спустят. Ещё бы. По моему настрою очевидно, что не дам слить. Договорились, что в понедельник ещё подъеду, подписать оставшиеся документы, после завершения всех следственных мероприятий. И я, и Варя.

Не хотелось её, конечно, в это погружать лишний раз. Но надо. Главное, чтоб без нервотрёпки. Уж тут огорожу как-нибудь.

— Ну что, всё? Душенька спокойна? — поинтересовался друг, когда мы вышли на улицу.

— Спокойна будет, когда их всех посадят.

— Практикантке своей поблажки давать не будешь? — сказал вроде весело, но лицо по-прежнему серьёзное и сосредоточенное.

— Она первой под раздачу попадёт. Никаких поблажек. Я её предупреждал. Поэтому за свой осознанный выбор получит сполна. — тут я был непоколебим.

Хватит уже сопли жевать. Каждый сам творец своего счастья. И несчастья в том числе тоже.