Не ищи оправданий

— Какого черта вы тут вынюхиваете и следите за мной?

Злой охрипший голос вернул ее к реальности. Она потрясла головой, пытаясь стряхнуть одуряющее очарование музыки.

Джонатан прекратил играть, вскочил на ноги и, сжав кулаки, с яростью уставился на нее.

— Я спрашиваю, что вы тут делаете? — произнес он ледяным тоном.

Тори проглотила комок в горле — никто и никогда не набрасывался на нее с такой яростью.

— Шпионю за вами, как вы правильно заметили, — ответила она севшим от возмущения голосом. — А на самом деле просто решила прогуляться до вашего дома, увидела, что вы... заняты, и решила не мешать, — закончила она, пожав плечами.

Джонатан, прищурившись, смотрел на нее — она его явно не убедила.

— Теперь я знаю, что вы умеете играть. — Она приветливо улыбнулась и с замиранием сердца заметила, что от этих слов взгляд у него еще больше помрачнел. — Вы никогда не хотели заняться этим профессионально? — продолжала Тори. Только бы он перестал молчать: уж лучше гнев, чем это безучастное и холодное молчание.

Он ожег ее ледяным взглядом, наклонился, бережно уложил гитару в футляр и решительно щелкнул замком.

— Что вы в этом понимаете! — произнес он. Тори удивленно вскинула темные брови — это уже не защита, это — открытое хамство.

— К вашему сведению, это было ужасно. Как я понимаю, вы готовы ехать в Дуглас? — Он бегло оглядел ее.

— Готова. — Тори решительно кивнула.

— Я подойду через пару минут, — поспешно сказал он, подхватил гитару и быстрыми шагами направился в дом.

Тори опустилась в камышовое кресло.

Что такого ужасного, если она услышала его игру? Может, просто Джонатан не хотел присутствия незримой публики?

Он появился на террасе в черных джинсах и черной рубашке.

— Возьмите куртку, — посоветовала она, — потом станет прохладнее.

Хорошая погода на острове Мэн — явление недолгое. Расположенный в Ирландском море между Англией и Ирландией остров омывался водами Гольфстрима. Климат был не таким холодным, как в Англии, а летом температура доходила до тридцати пяти по Цельсию, но лето еще только начиналось.

Джонатан вернулся в дом, взял куртку, и они поехали в Дуглас. Он выбрал «ягуар», один из автомобилей Бернов, и вел его на предельной скорости, словно участвовал в гонках.

Они влились в сплошной поток машин на улицах Дугласа.

— Не стоило этого делать, — прервала наконец молчание Тори.

— Через несколько минут мы выедем отсюда, — ответил Джонатан, искоса взглянув на нее.

— Я не об этом. — Она махнула рукой в сторону машин и конных повозок. — Вы расстроены тем, что случилось, — объяснила она и ответ на его вопросительный взгляд, — а вечер безумного воскресенья придуман для того, чтобы радоваться.