Иржина: Всё не так, как кажется. Случайное – не случайно. Предначертанного не избежать.

Он сыграл на самолюбии и чувстве долга племянника, чтобы привлечь того к государственным делам. Соответственно, мне не следовало открывать брату глаза на эти манипуляции. Ведь император прав на все сто процентов. Грегу уже двадцать пять лет! И ему действительно пора заканчивать играть в юношеские игры, в «Идущих за радугой» и в прочие раздолбайские развлечения. Все так!

Но с другой стороны…

Так уж получилось, что на сегодняшний день Грегу я доверяла больше, чем кому бы то ни было другому. Даже его величеству. Особенно его величеству. Понимала, что мне не провести такого взрослого, умного и опытного мужчину, осознавала, что даже то, о чем не знает, он домыслит или догадается. И все равно…

А Грегу я верила. Хотя конечно же те тайны, которые никоим боком его не касались и знание которых могло принести ему ненужные проблемы или навредить, открывать не собиралась. Но что делать сейчас, не знала. Поэтому отложила решение данного вопроса на некоторое время до возвращения в Калпеат, а пока полностью погрузилась в обучение, тренировки и отдых.

К вечеру последнего дня отпущенного нам на отдых срока мы с Грегом были полностью собраны и готовы. Багажа ощутимо прибавилось, но, так как ехать нам было не нужно, мы чинно ждали, пока прибудет лорд даль Техо и соблаговолит открыть портал в мою квартиру, а уже оттуда Грег попал бы домой. Так сложно получилось потому, что Норель зря времени не терял. Художник успел написать еще несколько картин, и требовались свободные руки, чтобы переправить их. Поэтому Гастен и Лалин оказались крайне необходимы в деле транспортировки.

А чтобы и эти картины не растащили мои новые темные родственники, Норель их все упаковал в ткани, которые нам любезно предоставили слуги на вилле. Точнее, не ткани, а простыни, но это несущественно. Спрятали, и ладно.

Я планировала кое-какие полотна развесить на стенах в своей квартире, а часть припрятать. Мы с Норелем все-таки не оставили идеи насчет выставки и решили приберечь полотна именно для этих целей. Купят – хорошо. Норель тогда сможет на эти деньги приобретать для работы краски, кисти и холсты – на свое усмотрение и в любом количестве. Не купят – ну и пусть, тогда мы их подарим кому-нибудь или оставим себе.

Но я была уверена – купят! С руками оторвут! Потому что Норель был невероятно талантлив. Изображенные на его картинах девушки с моим лицом и телом дышали, жили, мечтали, ненавидели и любили. Разная одежда, прически, окружающий пейзаж и интерьер… Картины не походили одна на другую. Роднила их только модель. А все прочее… О чем уж думал древний зомби-эльф, когда писал их, мне неведомо. Какие воспоминания или мечты рождались в его воображении? Что он представлял в конечном итоге? Не знаю.