Не играй с нами, девочка

Ей пришлось опереться на колени и подняться, немного отодвинувшись от него. Теперь она смотрела на него сверху вниз.

— Именно, — он поглаживал ее бедра, задирая рубашку.

Марк недолго дразнил себя, а потом стянул с нее белье и скользнул ладонью в промежность. Без прелюдий вошел в нее пальцами, заставив шумно выдохнуть.

— Двигайся.

Он приказывал.

— Ты наказываешь меня?

— Я сказал, двигайся.

Анна подчинилась. Положила руки на его плечи, теперь он позволил, и задвигалась, наталкиваясь на его пальцы.

— Примерно так я себя и чувствую. Ты вонзила в меня свои пальчики и отымела. И, знаешь, у нас могут быть такие отношения. Только я буду платить тем же.

Глава 20

Ранним утром ей пришлось сразу бежать в операционную. Все-таки здешние мужчины не страдают послушанием. Раненный ножом, придя в себя, решил, что он достаточно окреп, и попробовал вновь ринуться в бой. Кончилось все кровотечением и ее срочным вызовом.

Она осмотрела его раны и, не проронив ни слова, поменяла повязку. Потом приказала, чтобы его заперли в какой-нибудь комнате, а в идеале еще бы и приковали к кровати. Потому что с дурной головой тяжело встать на путь излечения.

Когда его уносили, Анна заметила в проеме Севера. Он хотел пройти мимо, направляясь по делам, но увидел ее и замер.

— Доброе утро, — кивнул он.

Ей почему-то не удалось соврать насчет доброго. Утро случилось настолько отвратным, что ей хотелось забиться в угол. Север все прочитал. Он шагнул в комнату и закрыл за собой дверь.

— Здесь слепая зона для камеры, — сказал он, не отходя от двери. — Отвернись от меня и займись каким-нибудь делом."

"Анна взяла пачку неиспользованных салфеток и начала по одной выкладывать их на процедурный столик. Ничего умнее она не придумала.

— Что случилось? — спросил Север.

Теперь она слышала только его голос, встревоженный и напряженный.

Черт, Анна, все кончится тем, что ты утянешь его с собой! Он пострадает из-за тебя.

— Все нормально.

— Скажи мне, — напирал он.

Ночью все зашло слишком далеко. Ей нравилась жесткость Марка в постели, особенно когда в следующий раз он оказывался нежным и чутким любовником. Эта игра заводила ее, но вчера шутки кончились. Марк был по-настоящему груб, она и раньше чувствовала злость в его прикосновениях, но впервые эта злость относилась к ней. Он злился не на кого-то там, с кем свел его день, и теперь в ее объятиях он хотел стереть неприятное воспоминание. Нет, он злился именно на нее. И брал плату, сминая ее тело и вырывая стоны.

Наигравшись с ней на диване, он подхватил ее и повалил на кровать, вдавив крепким телом в матрац. Он сжал ее лицо в ладонях и начал целовать, глубоко, грязно, хотя она уже задыхалась от его тяжести. Но ему было плевать, а она не осмелилась сопротивляться. Перевернув ее на живот, он взял ее сзади.