Не хочешь по-хорошему?

— Тебе принципиально?

— Моя женщина должна носить мою фамилию, — отрезает уверенно, и его взгляд затуманивается и опускается на мои губы. — И моего ребенка.

— Еще мальчика? — губы обжигает его дыхание, и я прикрываю глаза, сдаваясь на милость победителя.

— Хватит болтать любимая, пора заняться делом…

Эпилог

— Может еще чаю? — приветливая женщина лет шестидесяти уже целый час суетится вокруг меня и это порядком надоело, но Ангел все еще одевается, и заняться мне все равно нечем, поэтому улыбаюсь и отрицательно мотаю головой. — Спасибо, боюсь, смокинг не застегнется.

Она смеется, думая, что я шучу, а я поворачиваюсь к двери, куда вбегает мой сын.

— Арман, пошли в мою комнату! Я построил парковку для новых машинок!

Его радость так заразительна, что я не могу удержаться и ловлю Серегу, а потом наплевав, что смокинг помнется, забрасываю сына себе на плечи и он визжит и пытается устроиться удобнее.

Татьяна Петровна, так зовут ту самую добродушную женщину, что вызвалась посидеть с нашим сыном сегодня, лишь прижимает полотенце к груди и украдкой смахивает слезинку глядя нам вслед.

Вношу сына в комнату, едва не спотыкаюсь о разбросанные игрушки и медленно, будто он самолет, опускаю его на пол под импровизированный рев мотора.

— Дамы и господа, наш полет завершен. Благодарим вас за выбор авиакомпании Хасанов Эирлайн…

Серега заливисто смеется, а потом вдруг поддавшись порыву повисает на моей шее и обнимает так крепко, что мое горло сжимается.

— Знаешь, какое желание я загадал вчера, когда задувал свечки?

Тонкий голосок звучит удивительно серьезно, и я сжимаю хрупкую фигурку в объятиях, понимая, что никакая сила в мире не заставит меня разжать руки.

— Нельзя рассказывать о желаниях, иначе они не сбудутся, — философски отмечаю, стараясь держать себя в руках, но в груди предательски жжет и голос хриплый.

— А я не хочу чтобы оно сбылось, — уверенно отрезает сын. — Я загадывал его уже трижды, и все без толку.

Молчу, и Серега принимает это за согласие и произносит слова, от которых я теряю способность дышать насовсем.

— Я загадывал, чтобы у меня появился папа… — дрожь сотрясает тело, и я стискиваю руки пытаясь себя осадить и не задушить ребенка в объятиях, но не могу. Не могу себя перебороть. — А сейчас я решил, что не хочу папу, я хочу чтобы ты был всегда рядом вместо этого.

— Тогда нам нужен еще торт, и ты перезагадаешь желание и оно точно сбудется… — отстраняюсь, заглядывая в маленькое личико и чувствую, как ком постепенно тяжелеет, настолько сильно я привязан к этому маленькому, похожему на меня как две капли воды пацану.

— Думаю нет нужды покупать торт, — красивый голос Ангелины звучит так же хрипло как и мой, и мы с Серегой поворачиваемся к двери, и у меня снова перехватывает дыхание.