Не грози Дубровскому! Том IV

Живо! — Рявкнул Плющов и толкнул официанта в сторону кухни. — Я эту тварь из-под земли достану. — Сказал сам себе Константин, зачерпнув столовую ложку чёрных икринок.

По пути к столице Монголии мы пролетели пару городов, картина была та же что и в Кяхте. Все здания сожжены, а в округе ни единой живой души. Только твари, отравляющие воду в колодцах и небольших озерцах. Интересно, а они могут перемещаться по грунтовым водам? Или в водоёмы их забрасывают изменённые?

— Впереди! Улан-Батор! — Выкрикнул Тунгус, вцепившись в оперение.

Из-за горизонта появилось огромный город, застроенный тысячами домов, а в самом центре стоял дворец. Его размеры поражали воображение. Думаю, если собрать все эти домики, разбросанные по округе и сложить воедино, то даже так не удалось бы приблизиться к размерам этой громадины.

Единственное с чем я мог бы сравнить этот дворец, это с Иркутской академией магии. Город внутри города. Он был чертовски огромен. Но было одно, но. Как и везде, на улицах не было ни единой живой души, если не считать огромный караван пленников. Несколько десятков тысяч людей связанных друг с другом послушно шли к открытым воротам замка. Охраняли пленников сотни изменённых.

Правда пленники даже не пытались сопротивляться. Я глазами Клювика видел, что их лица не выражали вообще никаких эмоций, как будто пленников опоили дурманом. Проклятье. Я потратил время на поиски переводчика, а разговаривать тут толком и не с кем. Сплошные зараженные.

Я повернулся к Тунгусу и выкрикнул:

— Спасибо за помощь! Увидимся в лагере!

— Что? — Не расслышал он и тут же заорал от ужаса, когда я толкнул его ногой в грудь. — А-а-а-а!!!

Тунгус свалился со спины Клювика и размахивая руками рухнул в открытый мной портал.

На песчаном мелководье беззаботно плескались женщины и дети, которых привёл Гантулга тархан выжженной земли. Среди них была и его сестра. Чёрные как смоль волосы, точёная фигура, характер, который больше подошел бы дикому зверю, а не хрупкой девушке. Она улыбалась впервые за долгое время. Впрочем, и время было неспокойное, совсем не подходящее для улыбок.

На пригорке сидел Антип и тайком поглядывал на красавицу. Годами напролёт он скрывался от врагов в пещерах, лесах, и прочих клоповниках. В жизни Антипа никогда не было места для любви, семьи и прочего. Только кровавая дань богам, за которую ему платили звонкой монетой.

А сейчас он впервые чувствовал себя в безопасности. Тёплый климат, не нужно сражаться за выживание. Множество хозяев сменилось на одного. Дубровский не так плох. Заботится о людях Антипа, что заставляло старого наёмника чувствовать себя неуютно. Ведь он привык быть лишь инструментом, которым пользуются, а потом выбрасывают.