Никому о нас не говори (СИ)

Его пальцы сцеплены в замок. Я вижу, как он сжимает их и разжимает. Эти движения нервные, дёрганые… Тимур смотрит куда-то в пол прямо перед собой.

У меня невыносимо тянет под ложечкой. Я даже сглатываю, чтобы прогнать это чувство, но нет… Оно на месте. Ширится уже под рёбрами, сжимая в тиски мое неровно бьющееся сердце…

Что мне ответить Тимуру? Наверное, только правду. Ведь я сама не могу назвать точной причины.

— Я помогаю тебе просто так, — говорю тихо.

И не жду уже никакого спасибо. Не жду, что Тимур поднимет голову и хотя бы посмотрит на меня с благодарностью. Он прав. Звонить ему, писать, интересоваться самочувствием — это лишь моё решение. Тимур меня об этом не просил. Я делаю то, что считаю правильным.

Поэтому я быстро закрываю за собой дверь, оставляя Тимура одного.

Глава 27

Глава 27

— Аня, я жду тебя! — крик мамы доносится из кухни.

Я со вздохом закрываю тетрадь по английскому. За целый час, что сижу за переводом текста, я написала всего одно предложение. Всё остальное время я была погружена в свои нервные мысли.

Я поселила Тимура Горина у себя на даче. Тайно. Без ведома третьих лиц. Разве я могу думать о чём-то другом?

Как заезженную пластинку я гоняю в голове одни и те же вопросы: как не спалиться и как там Тимур? А если его отец объявит в розыск? Мамочки, ну и куда я вляпалась?!

— Аня! — с кухни опять доносится крик.

Встряхиваю головой, делаю глубокий вдох и выдох, приглаживаю ладонями домашнюю футболку, штаны, поправляю хвост на затылке — как будто это поможет снять накопившееся во мне напряжение — и иду на мамин зов.

На кухне уже всё готово к моему появлению: фарш в миске, баночки со специями выставлены в ряд, лук почищен, яйцо на тарелочке, а хлебный мякиш замочен в молоке. И мама, важно стоящая у стола.

А я обо всём забыла напрочь. Виновато морщусь, поглядывая на маму. Котлеты! Я обещала нажарить их к её дежурству, и оно как раз завтра.

— Сковородка и плита тебя ждут, — улыбается мама, но стоит ей встретиться со мной взглядом, как она хмурится. — Ты что-то бледная. Точно сможешь мне помочь сегодня?

Бледная? Оно и неудивительно. Я в такие дела ввязалась… Но маме разве скажешь как есть? Поэтому насильно тяну уголки губ вверх."

"— Да. Я просто замоталась, — с выдавленной из себя улыбкой я беру со стула свой фартук, накидываю его на шею и делаю шаг к мойке, чтобы вымыть руки.

— Загоняли на физкультуре? — спрашивает мама.

— Почему на физкультуре? — искренне удивляюсь я, смывая с ладоней остатки мыльной пены.

— Ты же сказала, что сегодня поставили дополнительную пару по ней. Разве нет?

От вопроса мамы я вздрагиваю, а в лицо бьёт жар. Боже! Я ведь сама соврала сегодня об этом и забыла.

— А, ну да, — как можно непринуждённее тяну я. Стараюсь держать лицо каменным. — Сдавали нормативы.