( Не )фиктивная жена для миллионера

Мне нужен профессионал. Есть среди вас действительно реконструкторы, историки? Только дипломированные. Или сюда для какого-то ляда припёрлись актрисы и, прости господи, модели?! Хотя бы учителя истории есть, м?!

Девочки потрясённо молчали. Одна из них прошептала с тяжёлым придыханием: «Кажется, я кончила».

Цепкий взгляд холодных карих глаз, как назло, остановился на мне. Остановился и дальше двигаться не желал. За ним по стеночке из кабинета уползала, по-другому и не скажешь, смертельно бледная девушка.

Я заметила, что по лицу грозного мужика также быстро, как по небу облака, промчались эмоции недоумения, крайнего изумления и… радости?! Затем всё это смешалось, вновь явив миру холодную непроницаемость и готовность схватить любого за горло мёртвой хваткой.

— Ты! — крикнул он, указав рукой на меня.

Я оглянулась по сторонам в поисках того, к кому ещё мог бы обращаться мужчина. Ведь мог же он и не ко мне обращаться. Но мои надежды рухнули. Сглотнула тугой ком, тут же предательски возникший в горле. Но он появился снова. Внешне подобный греческим богам, мужчина указал на меня пальцем и дал понять, чтобы я подошла к нему. Мои ноги мне отказали. И я бы рухнула на пол, если бы не застыла. Глаза мужчины загипнотизировали меня. Взгляд гневно вспыхнул. Стоявший рядом Виталя, как утопающий делал мне знаки, прося, как будто от этого зависела его жизнь, подойти. Но мужчина ждать не стал, он неумолимо, как мощная пантера, двигался в мою сторону. Бежать было некуда. А выйдя из стен музея сейчас, я бы упустила свой шанс на хорошо оплачиваемую работу.

— Кто такая? — без прелюдий спросил мужчина.

— Я... — слегка откашлялась и вдруг подумала, а какого лешего этот мужик со мной так разговаривает, я его знать не знаю, и Витали у меня не было, чтобы выказать своё отношение к происходящему, поэтому я ответила, — а вы кто такой? — напрочь забыла советы вот того самого Витали, что стоял теперь за мощной спиной грозного мужчины.

Таких бешено вращающихся глаз я больше ни у кого не видела, и ещё чуть-чуть больше не увидела бы никогда. Мне показалось, что во взгляде отразились хищнический интерес и лёгкое удивление."

"— Акулов Михаил Александрович, — представился он, склонив голову набок, вся его поза как бы говорила: ну что, покажи мне что ты из себя представляешь.

Вот же чёрт! Он тот, от кого зависела моя возможность получить работу, но отдавать себя на растерзание и унижение я ни за что не позволю.

— Катя, — пропищала я, но тут же уже более уверенно добавила, — Волкова Екатерина.

Михаил Александрович зло усмехнулся: настроен он был крайне токсично.

— Ну что ж, Катя, Волкова Екатерина, за мной иди, — безапелляционным тоном проговорил Акулов и, круто развернувшись, чиркнув своими модными ботинками по мраморному полу фойе.