Я все еще не царь. Книга XXVI

Даже захотелось посмотреть, как он крутится у зеркала, примеряя разные головные уборы.

— Что-то мне подсказывает, что скоро сюда хлынет еще больше народу. Надо усилить границы и проверять всех, кто хочет заехать на Сахалин.

Да, слова Розы меня хоть и встревожили, но я стал действовать не только из-за них.

Во всем мире происходил какой-то тотальный кавардак. Есенин шарахается по миру и убивает сильных магов. Парочка генералов в компании Петра Первого так же где-то шарахается. И при этом появилось новое божество и начало активно действовать. Уж не знаю, с Нечто заодно или нет, но это не сильно меня успокаивало.

— Я тебя понял, — не стал возражать Эль.

Тут вернулся Валера. Он выдохнул и сел на диван, закинув ноги на маленький стул.

— Это вообще-то мое… — недовольно произнес губернатор.

— Сочувствую, — кивнул Валера. — Короче, народ постепенно проходит, отмечается. Через час все получат квартиры.

— Кстати, отправлю сюда Угольков, — сказал я. — Они неплохо строят дома. И возможно, могут составить конкуренцию Ковальскому и его фирме. Выдели им расселенную деревню, и пусть они ее обустраивают. Просто обеспечь их материалами, — сказал я гусю, и тот кивнул.

— Значит, я теперь могу отдохнуть, — произнес Валера.

— С чего это? — удивился я. — У тебя одна из ключевых точек. Ты охраняешь центральный зал порталов! Деревня расселена, и теперь тебе ничего не мешает усилить защиту.

— Да, я уже говорил с Ковальским, — кивнул тот. — Мы будем строить оборонные вышки с артефактами. Они будут вылезать из-под земли и образовывать сеть куполов.

— Я так понимаю, ты еще успел поговорить и с Кутузовым?

— Ага, он заезжал на днях, — кивнул Валера. — Он напрямую не сказал, но намекнул, у кого можно приобрести оборудование для защиты здания, если будет штурм.

— Тогда в этом вопросе полагаюсь на тебя, — кивнул я."

"Сам же через внутреннее хранилище связался с Угольками и подготовил их к телепортации. Заодно соберут кристаллы. Пусть пока ждут. Все равно без меня или Валеры порталы не открыть.

— А вообще, что говорит народ, Олег? — спросил я у Донцова, который сидел тихо у окна и глядел на падающий снег.

Он плавно повернулся, явно не испытывая желания вмешиваться в наш разговор. Но пришлось.

— Народ пока не до конца понимает, зачем его дергают. Простой человек не любит, когда его дергают с насиженного места. Это мы, военные, готовы к изменениям, но не они. Многие работали на закрытых предприятиях десятилетиями, и им было все равно, что они живут в грязи, — он говорил спокойно и протяжно, как будто рассказывал сказку внучке. — Но они привыкнут. Поймут, что так им будет лучше, даже если вначале будет не так комфортно.

— Чего им не хватает? Садиков? Школ?

— И этого в том числе, — кивнул он.