Не (его) игрушка

Сворачиваю на повороте, утыкаюсь в пробку, тихо матерюсь. Хочу сдать назад и развернуться, но не успеваю. За мной уже стоит ещё один автомобиль. Придется запастись терпением.

— Как срочно?

— Вчера.

— Все понял.

Роман Романович задаёт ещё несколько уточняющих вопросов, затем мы прощаемся и я возвращаюсь к мыслям о Настеньке.

Невольно сравниваю свою сладкую пташку с Софией. Чистота и невинность против похоти и разврата.

Не того сына отец женил на Гречихиной… Ой, не того… София с Дэном идеальная пара.

Пожалуй, это можно исправить.

Недобрая ухмылка озаряет моё лицо. Если я проверну то, что задумал, то Дэниель и отец будут в бешенстве. Они никогда меня не простят. И будут правы.

Подставить брата не самая правильная и разумная идея, но иных вариантов у меня нет. Точнее, есть один. Такими темпами меня через полгода вынесут из офиса вперёд ногами. Не знаю, как остальных, но подобный расклад меня не устраивает.

Но прежде, чем лишаться поддержки семьи, руководства бизнесом, относительной независимости и финансов, я должен решить один крайне важный вопрос.

Нужно придумать, что сделать с Сергеевым.

Ублюдок никогда не простит мне Милану. Ни мне, ни моим детям, ни детям их детей.

Семен Савельевич выяснил, что Дэниель не в курсе о местонахождении его дочери. Что побег из страны, новые документы и новую жизнь для неё организовал именно я."

"Теперь я кровный враг опаснейшего человека. Один неверный шаг и он уничтожит меня. Сожрёт с потрохами и не подавится. Тварь.

Но перед этим с наслаждением расправится со всеми, кто мне дорог. Авария, покушение, взлом дома… Сергеев явно продемонстрировал свои намерения.

Только и я далеко не дурак. Ни единого раза он не смог довести начатое до конца. А я смогу. Я его уничтожу!

Мои люди ищут на него компромат. Собирают досье. Шпионят. Неустанно следят.

Ублюдок оступится. И тогда я сделаю шаг!

Разделаюсь с ним. Он понесет наказание. А я смогу спокойно выдохнуть и продолжить жить своей жизнью. Никого и ничего не боясь. Без нужны просчитывать наперед каждый шаг и обеспечивать всем членам семьи безопасность.

— Габриель! — раздраженный голос отца раздается из динамиков автомобиля.

Бля! И зачем я только позволил автоматически принимать звонки, если нахожусь за рулём?!

— Да, отец, — отвечаю ему ровным тоном. В зародыше душу начинающий зарождаться гнев. Нельзя выходить на эмоции. Проиграю.

— Мне София звонила! Опять рыдала! Сказала, что ты ее ударил и выгнал из спальни. Грозилась рассказать обо всем отцу! — отец едва сдерживает свою ярость. Я даже на расстоянии знаю, что его сейчас трясет.

— Пусть рискнет, — заявляю ему равнодушно, чем ещё сильнее привожу в бешенство.

— Щенок! Дурак! Совсем рехнулся?! — мужчина в возрасте срывается на крик.

— Отец, — вздыхаю.