Не единственная

Ту, что сможет остановить нашествие тварей.

Потом было что-то вроде: «Кричали женщины: ура! И в воздух чепчики бросали».

На фоне правильно направленного ажиотажа никто даже не вспомнил, что ранерия это ведьма по сути своей – презренное и опасное существо, которое подлежит немедленному уничтожению. Наоборот, меня приняли чуть ли не за мессию в женском лице. Даже руки рвались целовать, насилу отбилась. А теперь вот хожу «под конвоем», сопровождаемая восторженными взглядами мужчин и шепотками местных кумушек.

Нериль отнеслась к этой новости философски. Только спросила:

– Ну как, с лаэрдом-то помирились?

– Ага, – так же коротко ответила я.

Она не стала выспрашивать подробности, заговорщицки подмигнула и отправилась по своим делам.

Наша маленькая процессия уже приближалась к вольерам, когда я почувствовала недомогание. Внезапно начало тянуть низ живота, потом неприятное ощущение усилилось и разлилось по всему телу."

"Все произошло так внезапно, что я запнулась на ровном месте и чуть не упала. Морион, страшно смущаясь, успел подхватить меня под локоток.

– Ваша светлость, с вами все хорошо?

– Да… – отвечаю, прислушиваясь к себе.

Это не моя боль.

В голове раздается взволнованный крик Ширайю. Приходится и его успокаивать.

Из вольера с мантикорой доносится надрывный вой, полный муки.

– Моран, – я хватаю парня за руку, – ты слышишь? У нее начались роды!

Парень бледнеет так, что едва не падает в обморок. Трясу его за плечо:

– Эй, что с тобой?

– Лаэрд… с меня шкуру спустит… – хрипит дарг, делая еще одну попытку закатить глаза.

– Это почему?

Таращусь на него в полном недоумении.

– Нельзя… нельзя прикасаться к льере. Это табу! Вы даже без перчаток!

Мои брови лезут на лоб, когда я перевожу взгляд на свои пальцы, что вполне невинно лежат поверх руки Морана. Нет, я знаю, что у них тут с этим строго. Но чтобы так…

Поспешно отдергиваю руку.

– Ладно, извини. Но попросить-то тебя помочь я могу?

– Э-э-э… конечно, ваша светлость.

– Отлично! Поможешь мне. Да не роды принимать! – уточняю на всякий случай, потому что парень покрылся багровыми пятнами. – Достань охапку свежей соломы. И не трясись так, ты же мужчина! Твоя жена тоже будет рожать.

Бедняга бормочет что-то вроде «Упаси боже!» и бежит исполнять поручение. Даже не скрывая радости, что отделался так легко.

А я направляюсь к вольеру.

Мантикора мечется от боли. Рычит, бьет себя хвостом, бросается на решетку. От ее воплей в соседних вольерах нервно порыкивают инкарды. Они чувствуют в ней опасного конкурента, ведь эти бескрылые ящеры и сами плотоядные хищники. Что случится, если на одной дорожке встретятся лев и крокодил? Даже знать не хочу!

Шир опускается рядом с решеткой. Он тоже нервничает, но не спешит выходить из невидимого состояния. И правильно.