Не единственная

У меня мурашки идут по телу от этих слов и от тона, которым Дарион их произнес. Еще никогда я не видела его таким, даже в тот момент, когда он понял, что я привязала к себе чудовищ Бездны…

Тех из них, кто не успел попробовать человеческой крови. А учитывая, что людей в Дардаасе очень мало и за стены они не выходят…

В общем, теперь у меня очень большой зверинец. Точнее, огромный…

И я не знаю, как им управлять. А если честно, то жутко боюсь некоторых «питомцев». Особенно если учесть, что вся эта несметная рать не подчиняется мне…

– Ладно, – Дарион первым нарушает молчание. – С этим я разберусь. Осталось решить еще один вопрос. Нужно вернуть Анье сына.

Он смотрит на Анабель.

Та бледнеет, вжимается в кресло. Я вижу, как мечется ее взгляд.

– Нет, – слышу собственный голос.

– Нет? – и Дар, и Лохан с удивлением оборачиваются ко мне.

– Нет, – повторяю с трудом. – Там он в безопасности. Там у него есть все для счастливой и спокойной жизни.

Анабель медленно выдыхает.

– Это твое решение, – ворчит Лохан, – но в любом случае льера Анабель должна быть здесь, чтобы пройти процедуру развода. Это особый ритуал, который нельзя нарушать, иначе брак будет считаться действительным.

– Какой ритуал?

Смотрю на Дариона. Тот опускает взгляд и плотнее сжимает губы.

– Как брачный, – подсказывает маг, – только наоборот. Они должны провести ночь вдвоем. И если после этого их желание расстаться будет все таким же взаимным и сильным, то женщина должна отдать свой венец и простить брачные клятвы. После этого они оба свободны.

– А если… если кто-то из них передумает? – шепчу с замиранием сердца.

– В браки вступают по доброй воле с обеих сторон. И разрывают их тоже…

***

Мы назначаем дату возвращения в Лемминкейр. Дарион говорит, что ему нужно несколько дней, чтобы передать все полномочия Аргену и написать отчет императору. А мне…

Мне нужно время, чтобы прийти в себя и осознать все, что происходит. Особенно то, что теперь я чувствую каждую тварь Бездны, вышедшую на поверхность. Это пугает."

"Чувствую, как они бродят там, под невидимым куполом, ворчат, завывают, пробуют его на крепость, точат когти о скалы. Несколько раз по ночам они пытались сделать прорыв, но купол устоял. Все дарги в недоумении: откуда вообще взялась эта штука? Никто из них никогда не видел ничего подобного.

Надеюсь, я не имею к куполу ни малейшего отношения. Он просто возник сам по себе в тот момент, когда моя сила, помноженная на ужас и близость смерти, накрыла пустыню.

На рассвете, когда поднимается солнце, твари рассыпаются туманом и уползают обратно в Разлом. Но на закате они возвращаются. Об этом каждый раз докладывают разведчики.

Мне пришлось сознаться и в том, что я приручила Ширайю. Этот маленький проказник заявился посреди ночи, наплевав на то, что я сплю.