Не дразни дракона

Только времени на сочинительство не было, поэтому сказала чистую правду:

— Не знаю как у других, — кивок на черноглазых тейнариек, рыжеволосую уйманку и румяную представительницу вольного герцогства Кетш, — но у нас, в Вектарии, замуж после вот таких похищений брать действительно не хотят.

— Конкретнее, — подтолкнул дракон.

Я немного смутилась, вопрос-то интимный, но быстро собралась и принялась пересказывать то, что узнала от деревенских. Заодно вспомнила, что неплохо бы соответствовать образу и принялась «окать».

«Окала» качественно, а излагала эмоционально и образно! Так, что у самой перед глазами возникла печальная картина — как лишаюсь невинности с Биориком Кривоногим, а вокруг стоят все старшие женщины из приютившей меня деревни и комментируют девственна я или всё-таки нет.

И так грустно сразу стало, так жалко себя-любимую, что аж слеза покатилась… Пусть одна, зато крупная.

Этот момент был кульминацией! Тут каждый мог проникнуться и посочувствовать, но Дарнаэш из клана Огненных…

В общем, Владыка не посочувствовал. Он заржал!"

"Миг, и… вслед за главным развеселились остальные. Хохот поднялся такой, что стены замка дрогнули, а из всех щелей повылазили слуги — удивлённые и не понимающие.

То есть вот так, да? Я тут об истинной трагедии, причём со всей душой, а они… а он… Да чтоб у него хвост отвалился! И чешуя!

— Это очень… бгг… печально, — когда гогот стих, произнёс Дарнаэш. — Только в чём всё-таки претензия? Ведь получается вам не возмущаться, а благодарить надо.

— Благодарить? — я была ужасно зла, но опешила от такой наглости. — И за что?

Владыка развёл руками.

— Так выходит, что на похищенных женятся только самые смелые и отчаянные. За мужчиной, который готов ради женщины на такое испытание, как за каменной стеной.

У меня снова кулаки сжались. А ещё возникло желание схватить вилку и метнуть, да так, чтобы прямо Владыке в лоб. Жаль, именно метанию вилок меня не учили.

В итоге, после нового глубокого вздоха, я перешла от эмоций обратно к дипломатии:

— Как вижу, вам нашего горя не понять, — сказала понуро. — Но это всё равно не повод. Мы страдаем, слышите? И просим, нет, умоляем, раз и навсегда прекратить это воровство!

Мой голос прозвучал жалобно, но твёрдо, только одной печальной девицы тут точно было мало.

— Кивайте! — повернувшись к подругам по несчастью, прошипела я.

Девы дружно вздрогнули и… отодвинулись. Причём сделали это так рьяно, что последняя с грохотом упала с общей скамьи.

— Вот курицы! — не сдержавшись, прокомментировала я.

Теперь дюжина деревенских уставилась как на прокажённую. Показалось, они вот-вот начнут тыкать пальцами и кричать «ведьма»! И требовать, чтобы драконы сожгли меня на костре…

От такого отношения стало обидно, но… Ладно.