(не) детские сказки: Жена для Синей Бороды

 — Мы скроемся в столице у моего дяди. Обоснуемся там. А когда слухи и шум улягутся, вернемся. Что сможет Легре, если мы будем обвенчаны?

— Герцог нагонит, — пробурчала я, хотя слова о трупе и пропаже людей напугали. Почему-то я легко представляла герцога с окровавленным оружием в руке.

— Поэтому нужно торопиться. Завтра же сбежим. Скажи родителям, что едешь в библиотеку, как обычно. Оставь карету, а сама отправляйся через сосновую аллею к окраине. Я буду ждать тебя там с лошадьми."

"— Я…. не знаю, — замотала головой.

Сама мысль о том, чтобы покинуть привычную жизнь, родителей, пугала. Но ведь мне все равно предстоит уехать. Только с герцогом, мужчиной, который пугает своей напористостью и странным огнем в синих глазах. Ведь точно колдун. А с Жераром все знакомо, ясно и понятно. Даже его план мог вполне сработать. Не мы первые, не мы последние, кто пожелал пойти против воли родителей.

— Мы же любим друг друга, Изабель, — горячность Жерара заставила оторопеть.

Уперла руки в его грудь, но он все равно нагнул голову и поцеловал. И это не походило на тот единственный целомудренный поцелуй. Жерар целовал с напором и жадностью. Наверное, я должна была ощущать тепло, радость от ласки любимого, но не было ничего. Вообще ничего не чувствовала. Может потому что поцелуй с герцогом вызвал лавину эмоций, этот казался пресным? И словно услышав мои мысли, появился сам Легре:

— И что же здесь происходит?

Ахнув, я резко отпрянула от Жерара, хоть он и попытался удержать возле себя, и устремила полный ужаса взгляд к герцогу. Легре стоял, облокотившись плечом на дверной косяк. Руки были скрещены на груди, а мышцы так напряжены, что натягивали ткань пиджака. Синие глаза почти равнодушно взглянули на Жерара и впились в меня острыми когтями злости. Что же теперь будет?

Глава 7

/Изабель/

— Изабель, останься. А ты — вон.

— Но… — попробовал было возразить Жерар.

— Вон я сказал, — процедил герцог.

Даже если бы кричал, не достиг бы такого эффекта. Угроза в голосе ударила искрами по натянутым нервам, отдавшись болью в висках. Жерар побледнел, резко замолк и опустил глаза.

Легре отступил от двери и Жерар предпочел сразу же покинуть гостиную. Подставил и бросил. Вот тебе и любовь. На душе стало паршиво, а глаза защипали слезы. Но сильнее был страх, он вспыхивал в груди, ослепляя, когда герцог закрыв за собой дверь, двинулся ко мне. Снова медленно, крадучись, словно хищник. И даже не знаю, как удалось устоять на месте, а не попятиться назад.

— Это не то, что вы подумали, — заговорила я, пытаясь придать голосу твердость. Нельзя позволять себя запугивать. Только и не бояться не получалось. — Жерар попросил о разговоре. Я хотела объясниться с ним, чтобы он не думал обо мне плохо. Даже в мыслях не было, что он поцелует.