Не чужие

Никакой страсти не ощущается. Но мурашки по всему телу от прикосновений Леонова все равно появляются.

— Это точно не шутка была? — шепотом спрашиваю его, утыкаясь носом в его грудь и вдыхая такой родной и привычный аромат мужчины.

— Точно, — с силой сжимает меня в объятиях. — У тебя теперь есть стимул быстрее на поправку пойти. Ложись спать, а я в душ схожу. — Он отстраняется от меня и сразу же скрывается за дверью ванной комнаты."

"Проскользнула мысль, что что-то не так. И радости на лице Давида я не заметила. Но он настолько тяжёлый человек, его безумно трудно понять или прочесть, что я быстро выбрасываю из головы эту мысль. Хватаю с тумбочки телефон и делюсь с подругами новостью.

Утром же приступлю к выбору платья. Пусть это не пышная свадьба, но так хочется, чтобы все было идеально и она навсегда запомнилась!

Глава 39. Лера

День собственной свадьбы я помню плохо. Слишком сильно я нервничала, и все прошло словно во сне.

Как и каждая девушка, я мечтала о торжестве, красивом платье, море цветов. Представляла, как буду бросать букет незамужним подружкам и как ночное небо раскрасится всполохами фейерверков. И я никак не ожидала, что замуж я буду выходить в скромном атласном платье, из приглашенных — только мой отец с Юлей и подруги. Со стороны Давида не было никого. Он даже с родителями меня не познакомил. Все произошло так быстро, что я ничего не поняла.

Давид был в строгом костюме и белой рубашке. В руках — пионовые розы. Он вручил мне букет, разглядывая мою фигурку под белым полушубком.

Его глаза блеснули восхищением. Он пытался не выдать его, но не получилось. Я видела по тому, как посмотрел на меня, что ему нравится. Не зря все утро надо мной колдовал лучший стилист города.

До этого момента Давид ни разу не видел меня такой, и я смущаюсь от его пристального внимания. Смотрю куда угодно, но не на него.

В душе целый ураган эмоций. Я не верю, что это происходит. Вот регистратор что-то говорит нам, просит поставить подпись. Все словно в тумане. Давид надевает на мой палец обручальное кольцо, и вот я уже не Смоленская, а Леонова.

В животе трепещут бабочки, а сердце в груди бьется быстро-быстро.

Он целует меня. Коротко и сдержанно. Все вокруг суетятся. Моргает вспышка камеры, скулы немеют от улыбки.

После официальной части мы с Давидом отправляемся на фотосессию, а вечером нас ожидает праздничный ужин в кругу близких в одном из лучших ресторанов города, с панорамным видом на набережную.

Давиду не нравилась вся эта идея с фотосессией, мне пришлось его несколько дней уговаривать, но в конце концов он сдался. Правда, больше получаса не выдержал, и дальше мы с фотографом работали вдвоем, а Давид сидел на песке, курил и задумчиво смотрел то вдаль, то на меня.

— Платье испачкала, — произнес он, когда мы шли к машине.