Не чужие

— Мы ждём, когда освободится Леонид Игоревич, это наш хирург, и Ангелина Петровна, гинеколог. Сначала нужно исключить беременность. У вашей дочери задержка в две недели, — поясняет девушка, я же прикрываю глаза.

Черт!

— Лера? — вопросительное от отца.

Я растерянно смотрю на папу, потом перевожу взгляд ему за спину. На Давида. Тот напрягся. Резко выдохнул и прикрыл ладонью глаза.

— Пап, не беременна я, — нервно усмехаюсь я, пытаясь убедить в этом и отца, и Давида, и себя. — Это просто… просто…

К счастью, мне не приходится ничего больше говорить, в палату наконец-то проходит дежурный хирург, давая мне отсрочку в объяснениях.

— Прошу всех посторонних покинуть помещение, — просит он, и папа с Давидом скрываются за дверью.

Папа на него таким взглядом посмотрел, что благоразумней было их разделить: одного здесь оставить, другого за дверью. — Марин, общий анализ крови давай. Валерия, — он отрывается от моей медицинской карты, — вы ложитесь на спину и приподнимите кофту.

После часа анализов, осмотров, УЗИ мне наконец-то ставят диагноз. И нет, это не беременность. К счастью. Хотя мне и посоветовали дома сделать несколько тестов через парочку дней, потому что срок ещё совсем маленький может быть.

Проблем с почками у меня никогда не было, поэтому услышать заключение доктора было так же неожиданно, как если бы я узнала сейчас, что беременна.

— Вас оставят здесь на несколько дней, не волнуйтесь, все это лечится, но нужно следовать всем рекомендациям. Марина проведёт вас в палату.

— Спасибо. — Я поднимаюсь с кушетки и выхожу в коридор.

Взглядом сразу же натыкаюсь на два недовольных и злых лица. Папа с Давидом стоят по разные стороны от двери. Косятся недобро друг на друга. Наверняка отец успел наговорить Давиду много “хорошего”.

— Со мной все хорошо, так что можете ехать домой, — пытаюсь выдавить из себя улыбку, но получается с трудом.

Отец же может запретить Давиду видеться со мной. Он у меня строгий очень в плане парней. Как же хочется остаться с Леоновым наедине, чтобы убедиться, что он никуда не денется.

— Если с тобой все хорошо, то почему тебя оставляют в клинике? — хмурится папа, и доктор объясняет ему, что к чему. При этом не забывая упомянуть, что все же вероятность беременности пока нельзя исключать на сто процентов.

Я все это время смотрю на Давида, который в ответ разглядывает меня хмурым взглядом. Почему-то не решаюсь подойти к нему. Так и ухожу с доктором, лишь кивнув на прощанье.

Глава 37. Лера

Меня выписывают через два дня с пакетом лекарств и листом рекомендаций. Мне немного легче, по крайней мере, боль почти прошла и я могу ходить. Недолго. Я одеваюсь, когда дверь в палату открывается и на пороге появляется Давид.

— Привет, — нарушаю тишину первой, так как молчание затянулось.