Не чужие

 — Позади меня появляется женщина с термосом в руках. — Я видела, как вы девушку из воды вытащили. Как же хорошо, что все живы остались.

— Спасибо большое, это то, что сейчас нужно, — улыбаюсь ей, а сам нахожу среди хлама, что вожу с собой, початую бутылку конька, оставшуюся с рыбалки, на которой мы с братом были на прошлой неделе.

— Сейчас разведу, и точно не заболеем, — усмехаюсь я, когда подливаю в чай алкоголь.

— Только за рулем будьте осторожны.

— Конечно. Еще раз спасибо вам.

Я обхожу машину и сажусь на пассажирское сиденье. Лера обхватила коленки руками, дрожит, волосы мокрые. Смотрит в одну точку.

— Вот, вытрись, — протягиваю ей полотенце.

Она смотрит на меня со странным выражением лица, потом переводит взгляд на полотенце.

— Прости, но оно не первой свежести. Уж какое было.

Лера просто кивает, забирает у меня полотенце и быстро обтирает себя. После я укутываю ее в плед. Делаю несколько глотков из термоса и передаю ей.

— Пей, надо отогреться.

Сам же вместе с ней дрожу от холода, словно ненормальный. Ехать в таком состоянии пока не смогу. Надо хотя бы часик, чтобы отойти.

Наблюдаю за тем, как Лера подносит к губам термос, делает глоток, а потом начинает кашлять.

— Там коньяк. Пей. Чем больше, тем лучше. Алкоголь согреет твое тело изнутри, — поясняю я.

— Спасибо, — едва слышно произносит она.

Я откидываюсь на спинку кресла и прикрываю глаза. С трудом сдерживаю себя, чтобы не наорать на девушку. А если бы меня рядом не было? Не выбралась бы сама, и не помог бы никто. Но решаю, что вбивать в ее мозг такую информацию должен не я, а ее родители.

— Куда тебя отвезти? — спрашиваю, не поворачивая головы.

— Палубная восемь.

— Хорошо. Сейчас немного отогреюсь и поедем.

— Спасибо, — произносит она, и я понимаю, что благодарит она меня вовсе не за бесплатный трансфер «пляж-дом».

— В следующий раз думай головой, прежде чем лезть хрен знает куда. — Все же не могу удержаться, перевожу на нее гневный взгляд. Лера отворачивается к окну.

— Я не специально, — всхлипывает она, и ее наконец-то прорывает. Она закрывает ладонями лицо, ее всю трясет, а из горла вырываются громкие рыдания.

Меня хватает на несколько минут, потом все же я оттаиваю. Девчонка молодая, несмышлёная, испугалась, пережила стресс. Нужно, наверное, поддержать ее, успокоить.

— Иди сюда, не плачь. — Наклоняюсь к ней и притягиваю к себе. В первое мгновенье все ее мышцы замирают под моими руками, а потом она вдруг разворачивается ко мне, обнимает, крепко прижимается, словно все ещё тонет в воде, а я ее спасение, кладет голову на грудь и затихает. Сердце от такого близкого контакта с этой дурехой отчего-то начинает биться гулко и быстро. Надо же."

"Плед сползает с неё, оголяя плечи и немного грудь. Ее кожа уже не такая холодная, как полчаса назад.