Не бывшие

Кладёт ладони мне на плечи, поглаживает, расслабляет. Приоткрывает пухлый рот, позволяя себя целовать. Губы мягкие, сладкие, податливые, словно под меня созданы. Целую сначала неторопливо и нежно, а затем углубляю поцелуй.

— Ты спрашивал у врача, Денис? Можно заниматься сексом? — шепчет Юля, встав на носочки и щекоча тёплым дыханием шею.

— Я нормально себя чувствую.

— Надо было мне спросить… — сокрушается дальше.

Приподняв короткий воздушный сарафан, глажу живот и бёдра. Она вся дрожит, а кожа покрывается мелкими мурашками.

— Так спросила бы.

— Мне было стыдно…

— Расслабься, Юль. Можно мне, можно. Ты, главное, не сопротивляйся особо, что бы я ни сделал.

— Хитрый какой, — смеётся она, но тем не менее поворачивается ко мне задницей и трётся о натянутую ширинку.

Сняв тонкие бретели платья, я сминаю ладонями небольшую аккуратную грудь. Целую шею, плечи, лопатки. Запах её кожи дурманит голову. Вроде не пил ничего, а рядом с ней будто пьяный.

Подтолкнув Юлю к тумбе в прихожей, давлю на поясницу, заставив прогнуться. Глаза закатываются от удовольствия, когда я, отодвинув в сторону тонкое кружево, погружаюсь в неё пальцами. Член умоляюще дёргается. Мокрая для меня. Готовая. Стонет приглушённо и мутными глазами смотрит в зеркало, когда я на клитор надавливаю. Это пиздец как заводит.

Юля терпеливо ждёт, пока я расправлюсь с пряжкой ремня. Прикусывает губу, ёрзает. Люблю, когда она такая. Отключает голову и отдаётся чувствам. Нам хорошо вместе, идеально.

Резкий толчок, и я оказываюсь внутри. В глазах темнеет от похоти, пальцы жадно сминают ягодицы. Глубже, сильнее, до упора. Красивый пухлый ротик приоткрывается буквой «О». Щёки розовеют, острые ноготки царапают мои бёдра. Ей нравится, и мне тоже.

Где-то под рёбрами простреливает острая боль, но мой личный анестетик здесь, рядом. Юля приподнимается на локтях, затем упирается ладонями и поворачивает голову. Хочет, чтобы поцеловал.

Ловлю каждый хаотичный стон, вылетающий из её ротика. Переплетаю наши языки, говорю что-то невнятное. Сознание будто в тумане. Почему я раньше не нашёл её? Почему понадобилось целых три года, чтобы осознать, что кроме неё, мне никто больше не нужен? За плечами ворох дебильных ошибок и опрометчивых поступков, но теперь всё будет по-другому. Малыш, я клянусь тебе.

Юлька прижимается ближе и гладит пальцами каждую царапину и каждый синяк. После аварии всё тело ими усыпано. Щекотно, я улыбаюсь. Иногда хорошо полежать вот так молча, никуда не торопясь. Жаль, что скоро ей нужно будет уехать на дачу, чтобы покормить кота и полить чёртову зелень.

Зарываюсь пальцами в мягкие волосы и целую в макушку. Она такая тёплая и нежная, что хочется делать это бесконечно. Кажется, Юле тоже. Все её движения пропитаны заботой и любовью.