Не бывшие

Цежу воздух сквозь зубы, наслаждаюсь, кайфую. Медленно выхожу из неё, провожу членом вверх и вниз, растирая липкую обильную влагу между складок и вокруг клитора. Юля громко стонет, совершая встречные движения. Направив головку к промежности, резко вхожу в неё и ощущаю, как она сжимает член стенками влагалища. Мелко дрожит, выкрикивает моё имя. Я остро реагирую на этот призыв. Двигаюсь быстрее, жёстче, до упора. До тех пор, пока стоны не утихают.

— Что ты делаешь, Денис? — Юлька не успевает остыть.

Дёргается и напрягается всем телом, когда я упираюсь головкой в анус. Естественной смазки так много, что можно не пользоваться лубрикантом.

— Ш-ш, я не сделаю тебе больно.

— Ты бессовестно пользуешься тем, что я пьяна.

— Да, именно так. Надо было не впускать меня домой.

С трудом проталкиваюсь глубже, буквально на сантиметр.

— Расслабься, Юль.

Она вздыхает, разрешает коснуться клитора. Это помогает. Узко, тесно, но я вхожу глубже. Ещё и ещё. Ощущения запредельные, новые. С Юлей вообще через три года всё воспринимается как в первый раз.

Сделав несколько хаотичных толчков, изливаюсь прямо в неё. Перед глазами сверкают искры, а внутренности словно переворачиваются вверх дном. Дыхание сбитое, пульс частит. После недельной выдержки я бонусом получил пакет «всё включено». И от этого факта нехило штормит и плющит.

Юля обмякает, падает на постель, прячет лицо в подушке. Обнимаю её со спины, глажу по волосам. В сравнении со мной она такая маленькая, беззащитная и хрупкая. Хочется оберегать. И от самого себя порой тоже.

— Всё нормально? Не болит?

— Нет, — мотает головой. — Странные ощущения. Мне скорее стыдно.

— Блд, это ещё что за словечки, Юль? Тебе нечего стыдиться со мной.

Она тихонько смеётся, наконец отрывает голову от подушки и долго всматривается в моё лицо. Не могу сдержаться, чтобы не поцеловать её. Коротко и нежно. Так, как она того заслуживает.

— Ты не голоден, Денис? — шепчет Юлька мне в губы.

— Очень голоден. Есть что-то из еды?

— Есть. Рагу будешь?

— Буду. Всё буду, что предложишь.

В начале первого ночи мы идём на кухню, суетимся, накладываем еду. А затем разговариваем, подшучиваем друг над другом и смеёмся с набитыми ртами. Мне нравится эта непринуждённая обстановка, Юлькина еда, её улыбка и тихий заразительный смех. В глубине души что-то настойчиво ноет и скребёт. Сожаление? Горечь, что так вышло? Хрен знает, я не копаюсь в себе, но в этот самый момент как-то чётко осознаю, что чувствую себя абсолютно счастливым. Здесь и сейчас. Именно с этой женщиной. С ней одной.

Перекусив, Юля меня не прогоняет, а я думаю о том, что всё равно никуда бы не уехал на ночь глядя. Спать хочется адски. Довольный и сытый во всех смыслах, прижимаю бывшую жену к себе. Её сердце часто и пугливо бьётся при этом.