Не будите во мне ведьму

– Всего недоброго, господин Советник! – проговорила чопорно.

Не придумала ничего лучше, чем сбежать, оставив в этот день Советника с носом, рогами и копытами. Ага, и несколькими десятками ведьм, жаждущих демонически притягательного тела.

– Арихарм, торибам, морибам! – проговорила заклинание и выставила вперед руку. – Ко мне!

Метла угодила точно в раскрытую ладонь. А вот выдержать мой вес в доспехах не смогла, и едва не сложилась вдвое от тяжести.

– Кое-кто забыл, что наколдовал! – хохотнул демон. – Пагубная привычка для ведьмы.

– Ничего я не забыла, – буркнула недовольно. – Решила поставить эксперимент, только и всего.

Щелкнула пальцами, возвращая платью прежний облик. Удобнее утроилась на метле, крепко обхватив ее руками и ногами. Паршивка хотела было кувырнуться, как любила это делать. Пришлось слегка осадить:

– Только попробуй показать Советнику мои трусы – сожгу собственноручно!

Метла скрипнула веточками и перестала брыкаться. Даже скорости прибавила от страху.

– До скорой встречи, воинствующая Зена! – донесся окрик Советника снизу. – Кстати, с Зеленой мы никогда не встречались.

– Мне все равно! – выкрикнула в ответ.

Соврала. На самом деле было дьявольски приятно знать, что у господина Советника не настолько дурной вкус, чтобы встречаться с такими противными ведьмами. В конце концов, он в моем доме станет жить, еще принесет от мерзавки какое-нибудь проклятье. Лечись потом.

То есть, придумывай заклинание, очищай от скверны дом и прилегающие территории.

Глава 16

Домой вернулась на рассвете и первым, что увидела, были, конечно же, заросли фиолетовых гигантов. Эх, и разрослись они за ночь. Уже на холм поползли, подбираясь к замку. А все почему? Да потому, что один неугомонный князь не мог смириться с мыслью, что ему не под силу выкорчевать какие-то там сорняки.

Он до сих пор пилил одно из деревьев, вооружившись бензопилой. В каске, очках, с обнаженным торсом, смотрелся он весьма мужественно в лучах восходящего солнца. Ну и пусть, что рабочие брюки, руки и грудь изляпаны фиолетовым соком. Зато сколько азарта, сколько удали!

Стерла «косметику», «зашила» платье. Словом, вернула себе обычный вид. Даже метлу отправила в дом, отдыхать. Подкралась к Каллистрату и похлопала по плечу:

– Не надоело?

К моему удивлению и некоторому расстройству, он даже не подпрыгнул от удивления. Обернулся так, словно только и ждал моего возвращения.

– И как это вы оказались на этой стороне? – спросил и, осмотрев с головы до ног, уточнил так, будто имел на это право: – Да еще и в таком виде?

То ли от усталости, то ли от врожденной вредности, но лохмотья я зачем-то сменила на пижаму – розовую такую, с забавными уточками и сердечками. А на ноги напялила домашние тапочки в виде пушистых зайцев.