Не брак, а так

Его бизнес располагался в четырех часовых поясах, так что за ночь всегда что-нибудь да нападает.

“Проснулся? Илюху закинула, еду в сад”

Герман улыбнулся лаконичному сообщению жены, такая деловая стала! Хотя с двумя детьми, работой, вечно занятым мужем и твердыми принципами, другой она не могла быть.

В их доме не было ни кухарки, ни домработницы, ни няни. Это была принципиальная позиция жены, с которой Герману пришлось согласиться.

— Я не хочу, чтобы в нашем доме были чужие люди. Есть ты, я и наши дети. Все. Иногда родители, мой брат, наши друзья. Я знаю, как ты рос, как я росла. Ни тот, ни другой опыт я не хочу повторять. Создадим свой для наших сыновей.

Герман улыбнулся, вспомнив, как вернувшись на днях раньше обычного домой, застал старшего с пылесосом в руках, а младший сам собирал в коробки свое “Лего”. Жена готовила ужин на всю семью. Детство его детей было совсем не похоже на его собственное.

— Чем больше у нас денег, тем проще мы живем, — сказал тогда Герман жене и тут же получил ответ:

— Хочешь что-то поменять?

— Нет!

Смысл повторять собственные ошибки на детях. Они успеют наделать свои, но по крайней мере вырастут с внутренними границами и пониманием, что мир не крутится вокруг них. Их отцу это знание далось дорогой ценой.

Уже выходя из дома, Герман заметил незнакомую книгу в коридоре. Глаз зацепился за название “Первые сорок лет в жизни мальчика самые сложные”.

“Началось!” — Герман усмехнулся про себя и забрав с собой книжку, сел в машину. По дороге, как обычно, набрал жене.

— Это ты уже начала готовить подарки? — сразу спросил он и пояснил. — Я про книгу о мальчиках в сорок.

Жена рассмеялась. Герман любил ее смех.

— Нет! Я бы не стала тебе такое дарить, да и думаю, тебе уже лишне. Это я у Нины стрельнула, самой почитать. Но кстати, ты не передумал? Гер, все хотят праздника.

— Кто все? Ты и дети?

— Я про твою маму и про мою, про твоих друзей. И моих. Софья Андреевна вообще решила устроить светский прием. Я случайно узнала. И не от нее.

— Сорок лет вроде не празднуют, — зевнул Литвинов. На самом деле он уже все для себя решил, но она еще не знала. — Так что никаких поздравлений, ресторанов и так далее. Мы уедем на неделю вчетвером, так что если кто хочет праздновать, то уже без нас.

— Хорошо! — покладисто ответила жена. — Я тогда предупрежу в центре. Обнимаю, у меня уже урок начинается.

— Люблю тебя! — Герман сбросил вызов.

Таких созвонов в течение дня у них было несколько. Как минимум три. Обязательно утром, когда жена отвозила детей на занятия, а он потом ехал в город в свой офис. Днем, когда дети возвращались домой и вечером, когда Литвинов ехал домой. Герман никогда не думал, что полюбит традиции, но сейчас он как никогда был доволен своей жизнью.

Здесь его дом, его семья, его любовь.

Алиса.