Не бойся быть ближе

София ощущала тепло, идущее от его тела, что заставило ее покраснеть до корней волос, чего не случалось очень и очень давно.

– Потрясающий вид, – как можно более непринужденно заметила она.

В ее теле вдруг проснулось давно забытое чувство, и она застыла словно пораженная громом. София думала… ей казалось, что она похоронила желание вместе со своим мужем, и осознание того, что она может испытывать к кому-то влечение, застало ее врасплох. Но еще больше ее потрясло то, что ее влекло к Эрику, и она покраснела еще гуще.

А он стоял и смотрел на нее, и его глаза начали темнеть. Но Эрику не следовало смотреть на нее подобным образом, а ей не следовало испытывать к нему влечение. Она пришла сюда не за этим.

– А ты преуспел, – выдавила София, усилием воли заставив себя осмотреться по сторонам. На стенах висели картины, снимки построенных Эриком зданий и фотографии, где он был запечатлен с разными знаменитостями.

В комнате воцарилась тишина, и Софии показалось, что она слышит биение собственного сердца.

– Ты сомневалась в моих способностях? – весело спросил Эрик. – Я много работал, но, конечно же, мы оба знаем, что благодаря родителям я начал свою карьеру с более высокой ступеньки, чем большинство людей.

София начала понемногу успокаиваться. Да, он рос в богатой семье, но, сколько она себя помнила, он почти стеснялся своего положения. А все потому, что родители не избаловали его. Интересно, сколько в нем осталось от того паренька? Или он превратился в одного из тех мужчин, которые нанимают хорошеньких сотрудниц, чтобы потом затащить их в постель?

Ей не хотелось, чтобы Эрик был таким человеком.

– А как поживают твои папа с мамой? Знаю, наши родители до сих пор отправляют друг другу поздравительные открытки на Рождество.

– О, они в порядке, – вздохнул Эрик. – Они расстроились, что мне не удалось жениться и заняться производством внуков, но в целом у них все хорошо. А твои?

– У них тоже все хорошо. Не знаю, говорили тебе родители или нет, но после того, как ты уехал учиться, мой отец занялся продажей недвижимости. И все благодаря твоему отцу, – добавила София, которая никогда не забывала того, что сделали для ее семьи Дженнеры. – На рынке появился огромный спрос на агентов, владеющих двумя языками, и папа смог найти свою нишу. У него контора в Уикер-Парк. А мама сейчас присматривает за моими детьми. Она совсем избаловала их.

Эрик удивленно приподнял бровь и, развернувшись, направился к своему столу. И София почувствовала, что между ними растет не только физическое, но и эмоциональное расстояние, словно он возводил вокруг себя невидимую стену.

Они вели обычный разговор, но Софию насторожило то, что в голосе Эрика прозвучало раздражение, когда он говорил о желании его родителей обзавестись внуками.