Не бойся быть ближе

Он хотел доставить детям удовольствие, но чтобы и София отдохнула как следует, что было бы невозможно, если бы она все время гонялась за двойняшками. Если малышам и их маме понравится у него, они приедут покататься с ним на лодке еще раз.

Он наслаждался бы видом Софии, растянувшейся на шезлонге в бикини. Чтобы солнце целовало ее кожу так, как хотелось ему самому. В своих мечтах он вносил ее на руках в каюту и укладывал на кровать. София вздыхала, когда он проводил руками по ее длинным ногам, поглаживая ее бедра снова и снова. Эрик никак не мог насытиться ею. И может быть, никогда не смог бы.

Пока он ласкал ее тело, она развернулась к нему и оказалась почти что сверху на нем. Теперь он мог дотянуться до ее ягодиц. О, эта женщина сводила его с ума. Эрик надеялся, что, когда они проснутся, у него появиться возможность воплотить свои фантазии в реальность. Ему хотелось не только поглаживать ее, но сжимать в своих руках и познать ее всю.

В его сне София растянулась на нем, и он чуть приподнялся, прижимая ее к себе. Теперь он мог обхватить ее ягодицы обеими руками. Его пальцы скользили по краям ее кружевных прозрачных трусиков, и он чуть подвинулся, чтобы прижаться своей отяжелевшей плотью к ее жаркому лону.

Сквозь сон Эрик услышал, как ахнула София, и открыл глаза. Каюта начала таять словно в тумане, превращаясь в знакомый гостиничный номер.

Черт подери, это был не сон. София сидела сверху на Эрике и смотрела на него затянутыми поволокой глазами. Она запустила пальцы в свои волосы и изогнула спину, прижимаясь к его возбужденной плоти. Эрик потрясенно смотрел на нее, и ему не оставалось ничего другого, как двигаться вместе с нею. София снова застонала.

Он получал неимоверное удовольствие и боялся сказать что-нибудь, чтобы не рассеять эти чары и не пробудить их обоих от этого сна. Поэтому он молчал и продолжал, крепко сжимая ее ягодицы, притягивать ее к своей плоти.

София стонала так тихо, что он едва мог различить ее стоны, а ему хотелось, чтобы она раскрепостилась и выпустила свою страсть на свободу.

Эрик двигался в такт с нею, крепче прижимаясь к ее лону. София изогнулась, и ее грудь подалась вперед. Тогда он ухватил за край ее шелкового топа и стянул его через голову.

Потом он снова упал на подушку и окинул взглядом ее тело. Его глаза горели страстью, когда он смотрел на его соблазнительные изгибы и грудь Софии, прикрытую прозрачным кружевом, под которым виднелись темные соски.

Он мог бы любоваться ею вечность, но она вдруг опустила глаза и одной рукой прикрыла свою грудь, а другой округлившийся живот.

– Знаю, знаю. Рождение двойняшек немного изменило меня, и я не…

Эрик приподнялся и жадно поцеловал ее, заставив замолчать, потому что он в жизни не видел ничего более прекрасного.